Выброс силы Неметона – это своего рода ритуал и самое знаменательное событие. Жаль, что это не дано увидеть всем живым на этом свете, а потому никто не заметил, как пучок яркого света пробежал по опустевшему лесу. Как раскололся лед, выпуская из своего плена стройное тело, даря ему первый вдох на подъеме. Никто не видел трудности первых шагов, но целеустремленность, с которой они были сделаны дальше. Это было похоже на крестовый поход, упорство участника марафона. Это было даже красиво, если бы не несколько угловатые движения в каждом последующем шаге. А потом вдох облегчения, бессилия, счастья и восхищения. Прежде чем глаза голубого цвета отразили безразличие ночного леса Бейкон-Хиллс.
Отдай свой голос за Сомнию!
Игровое время: март-апрель

Добро пожаловать, в свой самый страшный кошмар!
Ты готов пройти все круги ада, чтобы побороть свой страх? Мы ждем тебя и надеемся, что ты все же не испугаешься Ужасных Докторов, которые способны пробраться в самые тайные места твоей души, и достать от туда то, чего ты боишься на самом деле. Готов проверить? Тогда регистрируйся!

Teen Wolf: SOMNIA

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Teen Wolf: SOMNIA » NEVER SAY NEVER » Поворот не туда


Поворот не туда

Сообщений 31 страница 42 из 42

31

У Пака главный критерий выбора места пребывания: не сильно большое скопление людей. По этой причине он не любил большие роскошные отели в любых больших городах. Там весь сплошной соблазн. Одни снуют суда-сюда, дразня своим запахом и раздражая голод вендиго, другие - то же. Поэтому Су Чже был рад, что они выбрали именно это место. Это Таре бы понадобились более комфортные условия, для Пака это было лишним. Хотя мягкая кровать тоже бы не помешала. Где-то же он должен содержать свое бренное тело во время сна. Он хоть и вендиго и бродит вроде как в ночи, любит посмотреть фильмы, лежа на кровати, а так же у него есть потребность во сне. Если бы они еще и не спали... Хотя подкрадываться к спящему вендиго плохая идея, ведь исход один – вас съедят.
Су Чже сам не часто бывает в Сан-Франциско, а вообще хороший и интересный город, можно затеряться, жить вдоволь и есть людей. Чем и можно было бы заняться, но явно не сейчас.
А потом Тара затронула вопрос о семье. Вообще Пак не особо с кем-то про нее говорил, особенно про отца, который скончался не так давно. Он то любил сажать на временные диеты, возможно, отчасти из-за него Су Чже сейчас не убивает людей ради питания. И по этой же причине Пак нахмурился, смотря на Тару. Было не то время, и не то места, и не та шутка. Вообще вендиго не сильно на что мог бы обидеться, в плане, он же, в конце концов, полумертвец, но тем не менее чувствовал осадок. Он сейчас даже с братом едва общался. Мать хоть и оставила вещи в квартире Су Чже, все же навещала не часто, для нее потеря мужа была более болезненной, ведь они были долго вместе, и были, можно сказать, родственными душами.
Пак поджал губы, не переставая буравить взглядом девушку, которая, видимо, от такого взгляда решила скрыться. И ушла. Пак хотел было остановить ее, но знал, что далеко она не уйдет. Пусть погуляет,потом Су Чже объяснит, что тема его семьи не лучшая идея для обсуждения, хотя и сам он шутил порой. Себя он как свою семью не видел, не видел ни жену, ни детей. Это все скорее к его брату, а Пак типичный представитель рода вендиго.
Как Су Чже и думал, та вернулась, извинилась, хотя по сути она была не обязана, ведь Тара не знала ничего о семье Пака, только самого вендиго, ну и то, что его мать имела большой гардероб. Она часто наряжалась для своего мужа, сейчас ей это не требовалось.
Су Чже выслушал Тару, и даже дал ей взять за руку себя. Она явно не желала задеть вендиго, так что Пак не собирался обижаться и уж тем более делать что-то девушке.
После этой ситуации все пришло в норму, и за это время Су Чже даже сменил одежду, в которой уже успел упариться, ведь на улице лето, а они долго ехали в машине.
Так что он был даже не против сходить куда-нибудь, лишь бы его там не раздражали, иначе он точно съест чью-нибудь руку. Аппетитно так, сочно и не жалея.
Тара отлучилась на какое-то время, а Пак остался ждать ее у столика. Он просто пил воду, не обращая внимания на странные взгляды посетителей. Если он решил поесть человеческой пищи, то местным придется смотреть на то, как тот выворачивает свои внутренности. Не самое приятное зрелище.
Место было обычное, но все же что-то тревожило Пака, особенно, когда он понял, что девушки слишком долго нет. Она уже давно должна была вернуться, только если она не решила принять полноценный душ. Уж явно не в таком месте. Так что Су Чже последовал следом. Как только он зашел, то почувствовал запах, специфичный и ядовитый. Это же... Волчий аконит. Точно. Тара не ушла бы просто так, и выдернутый кран, вода по всему полу. Явные следы сопротивления. Су Чже начал пятиться  назад, проклиная себя за такую беспечность. Черт. Девушка пропала, точнее кто-то ее похитил, и не известно кто. Пак быстро осматривает место, пытаясь найти следы того, кто это мог бы быть. Никакой записки, ничего. Одно известно: ее вытащили через окно рядом с туалетом. Вендиго подошел к распахнутому окну и перепрыгнул через него, замечая, что поцарапался. Что ж, не страшно. Он быстро оказывается на земле, чувствуя напряжение в воздухе, он правда беспокоился за Тару, сам втянул ее, а теперь еще и похитили. Но это еще не все, ведь вендиго мог чувствовать, что это только начало.
-Пак Су Чже?
Вендиго оскалился, смотря на посмевшего отвлечь его. Это был оборотень. Альфа. Су Чже зарычал, показывая свои глаза, он не боялся оборотней. Он мог чувствовать, что тот не один. Его когти как будто точили веревку в руках, а улыбка на лице ничего хорошего не сулила.
Пак оскалил свои клыки, не нападая первым, его сила в ловкости, ведь оборотни сильнее, но уж не сильней зубов вендиго, которые дробили кости.
И тот делает шаг вперед, но нападает не он, а какой-то ручной песик, его Пак быстро откидывает от себя, срываясь к альфе. Он точно должен был знать, где была девушка, не зря же за ними шла охота.
Заломов руку мальчишке, Пак оскалился сильнее. Тот альфа только и ждал, пытаясь применить веревку, а Су Чже пытается подцепить ее рукой, чувствуя этот удушающий запах для вендиго. Ядовитый вех. Это белое растение пропитало веревку и скорее всего и руки оборотня. И поэтому Су Чже пытается своими когтями подцепить, пока на него нападает другой оборотень, которого вендиго сильно кусает, слыша, как ломается кость и рычит пострадавший.
В это время альфа сильнее рычит,обжигая своими ядовитыми когтями Су Чже, который морщится, пытается сопротивляться. Веревка падает, и он один на один с альфой. Тот сильно царапает по руке, которая так сильно горит и не заживает, от чего вендиго злиться еще больше. Его пытаются перехватить и завалить на землю.
[float=left]http://funkyimg.com/i/2LuQM.gif[/float]Су Чже на это пытается не сильно приближаться, но из угла появляется еще один оборотень, который так же достает веревку. И черт, его рука тянется к пистолету, Пак это замечает, но не может вовремя среагировать, пытаясь вырваться из ядовитых "объятий". Его пытаются связать, но вендиго не поддается, цепляясь своими зубами еще раз за оборотня, и больно впиваясь когтями в бедро альфы. Его бьют чем-то вроде шокера. И выстрел. Пуля проходится по лопатке, заставляя глаза вендиго раскрыться и отчаянно зарычать. Его руки тут же обжигают веревки, так же как и шею. Он может чувствовать, как ему насильно запихивают в рот вех, даже не смотря на то, как сильно Пак сжимает челюсть на руке оборотня, почти отрывая всю кисть. Су Чже пытается выплюнуть яд, но не может, это ужасно обжигает его рот, ослабляя хватку. Шея кажется отвалится  от удавки, а царапина на руке почти не заживает.
Су Чже слышит, как скулит бедный оборотень, чьи несколько пальцев и часть ладони остается в пасти вендиго. Разум Пака плывет от ядовитого запаха, и он чувствует, как начинает проваливаться куда-то. Его волокут, жалуясь на ношу, погружают в машину, накрывают мешком голову. И дальше Су Чже не помнит. Вех полностью окутывает его разум, отравляя тело.
Следующее, что он видит, это потрёпанная комната, где пахнет влажностью и кровью. Тусклый свет все равно давит на очнувшегося вендиго. Его руки все еще связаны, но не шея, на которой остались следы. От яда они плохо заживают, а подкрепиться для лучшего заживления нечем.
Су Чже выдает из себя что-то вроде стона, осматриваясь. Какого черта его сюда привезли?  Его клетку от другой отделяет стена с решеткой. Он понимает, что за ней кто-то есть.
Пак встает, шатаясь, и подходит к решетке, видя за ней... Тару. Она выглядит не лучше, кто-то поработал над ней. И Пак злиться еще больше. Их привезли не известно куда и зачем. Измучили, да еще и посадили в разные камеры, хоть они и могли увидеть друг друга. Охраны не было, но двери были бетонные, выбраться самому невозможно, особенно в ослабленном состоянии.
-Тара,- его голос слабее и слишком хриплый.- Ты слышишь меня?

+1

32

[indent=2,0] Щекой девушка ощущала холодный пол, кожа на ней саднила, большинство царапин койота не заживали из-за отравления, чувствовался аконит, который прожигал раны болью до самого сердца. Рейкен было жутко холодно, всё помещение было, мягко говоря, отнюдь не приспособлено для того, чтобы спать на полу, а так как в драке она ещё и облилась водой, то тело Тары вообще колотила мелкая дрожь, её «излюбленный» вечный спутник вернулся. Холод, что был не просто физическим, с которым оборотень бы справился, [float=right]https://78.media.tumblr.com/59ec1af556c592c1be7177a075904495/tumblr_inline_owffw5Frid1qasytv_540.gif[/float]но проникал до глубин подсознания, возвращая в далекое прошлое, где она умерла, замерзая в речке. Тем не менее, её раны можно было терпеть, но на восстановление уйдёт очень много времени.Чей-то приятный голос выводит её из полудрёмы, заставляет с трудом разлепить глаза: «Тара», такой тихий, хриплый голос, знакомый, но смутно узнаваемый. Девушка открывает глаза, не понимая где находится, но за стеной из-за решетки видит знакомую фигуру.
- Су Чже? - шепчет она, кашляет кровью, кажется, что её внутренности выворачивает, что крайне нетипично для оборотня, который пытается избавится от отравляющего аконита, её раны приносят ей только боль, она снова начинает отключаться, однако голос вендиго, который теперь прочно связывал её с внешним миром, не даёт погрузиться во тьму, - да, Су Чже, я слышу. Где мы?
[indent=2,0] Рейкен пытается встать, и на удивление ей это удаётся. Шатаясь, она подходит к решетке, опираясь на неё плечом, потому что руки были связаны сзади. Она снова закрывает глаза, но чувствует, что если уснёт, то может уже не проснуться. Пак что-то говорил ей, но она не понимала, кажется, её сознание совсем помутнилось, лишь запах и приятный шепот держали её на плаву. Но тут гулом в её голове раздаются шаги, Тара распахивает глаза, взволнованно смотря на вендиго:
- Кто-то идёт! - Тара прилипла к решетке, отделяющей их с Су Чже друг от друга, не в состоянии сдвинуться с места. Наверняка это был один из стаи того альфы, ибо койот почувствовал оборотня ещё на расстоянии, с другой стороны, в этом помещении скопилось столько разнообразных запахов, что сложно было уловить что-то конкретное. Пахло людьми, сыростью, кровью. Старыми перекрытиями, тухлым воздухом... и мясом. Как если бы Пак дома открыл холодильник и держал его целый день открытым.
[indent=2,0] Двое мужчин рассуждали, что если вендиго придётся кормить особым, так сказать, мясом, то логичнее начать с него. «Что именно начать, что они собираются делать?» Крупный мужчина с опаской начал подходить к вендиго. «Ага, всё ещё боишься». Хотя Су Чже выглядел не то что потрепанно, а даже совсем плохо. Мужчина глянул на Тару злобными глазами, полными отвращения. «Какого хрена ты на меня так пялишься?!» Он не дал ей ничего даже сказать или сделать, как выполнил резкий выпад какой-то длинной палкой, которая оказалась совсем даже не ей. На конце такой трости располагался шокер, и мощный электрический заряд прошёл по телу девушки, заставляя её отпрыгнуть от решётки. Её тело неестественно выгнулось от боли, сопровождая это действие воем раненого животного, вырывающимся изнутри. И хотя койоты могли выдержать очень сильные удары током, даже больше, чем любые оборотни, но этот сбил ослабленную Тару с ног, как бы говоря: ты ничего не сможешь сделать, просто наблюдай, что ждёт и тебя тоже. Но девушка не успокоилась, наоборот, она разозлилась, стала чаще дышать, немного рыча, в ней проснулись странные силы - она даже выпустила клыки и когти, черты лица начинали приобретать волчьи, а глаза ярко загорелись в полумраке её клетки. Однако она по-прежнему полулежала на холодном полу, приходя в себя и наблюдая за мучителем. В то время как в соседней клетке загорелся яркий, даже ослепляющий свет.
[indent=2,0] В очередной раз угомонив вендиго, их тюремщик вколол Су Чже какую-то отраву, ещё пара человек также вошли в клетку со странными приспособлениями. Было неприятное ощущение, что вот-вот что-то произойдёт. Но следующие несколько минут Рейкен смотрела на Пака, не отводя взгляда, она была не в силах это сделать, а если бы очень хотела отключиться в шоке от увиденного, то [float=left]https://78.media.tumblr.com/f4daaa351f8b0b07415b7c1b8aa1f777/tumblr_inline_owlpjgYThu1qasytv_540.gif[/float]тоже бы не смогла. Слёзы лились из глаз девушки, пока она наблюдала за тем, как одну руку вендиго медленно отпиливают, будто он дерево, или же просто кусок мяса, который неумело разделывали. Своеобразный деликатес. Весь мир внутри Рейкен будто разорвался на части, её съедали чувства полного шока, сочувствия, желания кинуться на этих гадов, этих психов-уродов, с силой разорвать их самих на тысячи мелких кусочков, не резать а рвать им глотки, наслаждаясь их кровью, чтобы они почувствовали всю ту же боль, что доставляли сейчас Су Чже. Чтобы знали, что Тара не оставит им это просто так, что не даст мучить ни себя, ни вендиго, плевать, что он ест людей, она не позволит никому съесть его. Внутренний койот будто бы только и ждал подобных мыслей, зверь внутри неё взревел громким голосом, и по клетке, дальше по коридорам и, видимо, каким-то туннелям, раздался жуткий вой, исходивший из самой груди Рейкен. Он мог даже сравниться с тем, что слышали они с Паком в лесу. Он точно давал понять, что Тара - опасный противник. Не успели мучители очухаться от рёва койота, как за одним из углов помещения прозвучал ответный вой, что-то упало, и началась какая-то возня.
- Блять, он снова нарывается. Оставим этого, он всё равно не подохнет, а если и да, то нам же проще, - мужчины неприятно засмеялись, быстро покидая клетку и вновь запирая её. «Да как они смеют так говорить о Су Чже!» Тем не менее, они ушли, оставив Пака одного, без руки, лежащего на постеленной белой клеёнке, видимо, чтобы не так сильно заляпать пол кровью.
- Су Чже? - чуть ли не закричала Тара, почти срывая голос, но вовремя остановилась, уже обретая снова силы, подбежала к решётке. Слёзы вновь брызнули из её глаз, она почти не могла сдержать их, - ты живой? Эй, Пак Су Чже, ответь мне! – теперь уже она была готова орать на него, только чтобы тот услышал её.[AVA]http://sg.uploads.ru/joWry.png[/AVA]

Отредактировано Akio Mori (25.09.2018 21:56:34)

+1

33

Су Чже чувствовал себя неважно, его голод возрос чуть ли не в разы, особенно усилившийся из-за ран, которые не хотели заживать. Ему нужно было вычистить яд, его хваленая регенерация сейчас давала сбои. Пак чувствовал запах разных существ, и в какой-то момент даже посмотрел на Тару в ключе поедания ее. Казалось, что в нем начало пропадать то человеческое, что еще осталось в нем. Или же он всегда был таким. И тем не менее, вендиго не вырвался наружу, когда он приблизился к решетке. Девушка выглядела потрепанной, Су Чже где-то в голове перебрал мысли и вспомнил о волчьем аконите. Эти люди целились не бровь, а в глаз. Но вероятнее всего их украли разные люди, но все работали на одного. Пак мог чувствовать, что они были не одни, где-то вдалеке слышался чей-то голос и тяжелое дыхание. Неприятный запах разъедал ноздри, но при этом распространившийся запах свежей плоти одурманивал вендиго внутри, заставляя думать только о еде.
-Нам нужно отсюда выбираться,- Пак осмотрел свою клетку, думая о том, что они вполне логично сделали такие крепкие стены. Правда, что им нужно от оборотня и вендиго? Самого Су Чже не особо съешь, хотя он неплохой источник донорских органов, ведь на нем все заживает чуть ли не за день. Это очень полезная особенность.
Пак вцепился в решетку, оглядывая саму Тару и ее помещение. Оно ничем не отличалось. Су Чже чувствовал вину, что втянул в это девушку, особенно после ее рассказа о пропаже. Видимо, ожившая часть рвения к приключениям решила отплатить. Инициатива наказуема. Пак чувствовал витавшее напряжение, и даже страх. Их заманили как зверюшек, и теперь забавляются. По сути так и было.
Тара привлекла рассеянное внимание Су Чже, обратив внимание на идущих к их камерам. Он сейчас был не в лучшем состоянии, поэтому отличать запахи было тоже непросто. Боже, он бы с радостью сейчас съел кого-нибудь, а от злости мог наброситься на пришедших. Неплохой план, но не выполнимый. Как только те зашли, Пак был готов сопротивляться, при этом чувствуя, как не вытащенная пуля неприятно садит лопатку, горло все еще обижает, он был не способен полноценно сопротивляться, но зверь внутри ему говорил "дерись, черт возьми", и тот пытался, пока его хватали и пытались вколоть, вероятнее всего, тот же яд, который с трудом выходил из организма, отравлял, делая вендиго практически ручными, в частности в больших дозах. Голоса становятся тише, слова все еще улавливаются, особенно крик Тары, который был слышен, кажется, через пелену.
Как вендиго, он привык получать травмы и быстро заживать, но это было другое. Яд разливался по телу, заставляя чувствовать себя, как в бреду, а в глазах появились блики, он не мог объективно оценивать себя. Его держали, это было точно. И черт возьми, боль в руке была настолько сильной, что Пак был готов живьем разорвать всех в помещении, если бы мог. Его когти пронзали чью-то руку, его глаза приобрели белый цвет, вендиго пытался сопротивляться. Но не мог, казалось, что яд усиливает боль в сто раз, что вполне могло быть правдой. Всего несколько раз в жизни Пак испытывал действие веха, то было давно и случайно, а теперь его целенаправленно удерживали, подавляли и делали из него относительно безопасное существо. Только вот внутри зверь хотел вырваться, изнывал и разрывал, обдавая яростью, которую некуда было деть.
А потом его оставили. Может быть, получили, что хотели, но, кажется, их что-то отвлекло. Су Чже было все равно, он практически не был в реальности, воспринимая все слишком медленно и через пелену боли. Его глаза уже зачали закрываться. Ему нужно было восстановиться. Нужно было заживить раны, но без еды это было очень сложно. Какой-то замкнутый круг.
Где-то вдалеке слышался голос Тары, но Пак не мог ответить, слишком ослабленный ядом и, возможно, болью от лишения части тела. Су Чже еще не видел, что они сделали с ним. Все потом.

А потом он очнулся, чувствуя дикую боль и голод. Сколько прошло? Несколько минут или часов? Было сложно сказать, Пак мог потерять сознание от яда и очнуться почти сразу же, но по тому, как его кровь украсила пол и то, на чем лежал вендиго, он пробыл в таком состоянии около часа. Су Чже не мог испугаться лишения руки, но чувствовал словно она на месте, только вот ее не было. Все, от лопатки до... теперь уже плеча горело огнем, и вендиго трясло, словно у него жар. Возможно, сейчас его температура тела перевалила далеко за 40 градусов. Пак взвыл, чувствуя себя паршивее, чем когда-либо, тем самым привлек внимание к себе. Он помнил, что не один, только вот, не тронули ли Тару за это время?
Пак практически валится на пол с койки в свою собственную кровь, не рассчитав силы. Его мог все еще плохо соображал, но был лучше. Яд действовал теперь только на тело, как будто обдавая кипятком открытую рану.
Сначала ему удалось встать лишь на четвереньки и промычать что-то вроде "окей", его зверь не мог смириться с беспомощным состоянием Пака. Казалось, что вот-вот Су Чже потеряет контроль над собой, заполненный внутренней агрессией. Но все же смог встать, добравшись до решетки.Он видел шрам от электрического удара, который на ней заживал лучше, чем раны Пака.
-Все не так плохо, я могу даже все тело заново отрастить,- его голос был тихим, а речь путалась, но доля юмора все еще была у него. В очередной раз, когда яд особенно сильно подействовал на рану от оторванной руки, заставляя вендиго согнуться и задрожать, его когти с неприятным звуком прошлись по бетону, оставляя заметные следы.
-Блять.
Единственное, что мог сказать Пак, тяжело дыша. Он ненавидел это чертово растение, которое так могло его ослабить. Да еще и незаживающие раны. Су Чже мог чувствовать, как из его раны все еще стекает кровь, а одежда и вовсе напоминало месиво. Скорее всего от него несло мертвечиной, напоминая, кто он на самом деле. Просто полумертвец, который питается людьми. И прямо сейчас ему нужно что-то съесть, чтобы восстановиться или просто вывести яд. Но видимо, кормить его пока не хотели.
Реакция Тары прошла как-то мимо, его голова все еще была заполнена "sos, надо отсюда выбираться", а потом он чувствует руку девушки на своей, и каким-то образом его собственная сильнее цепляется. Казалось, что часть его яда начала уходить, проясняя разум, от такого Пак чуть не заскользил по стене. Такого он никогда не испытывал. Казалось, что яд больше не действует на рану так же сильно, и Су Чже не мог не закатить глаза. Сколько прошло времени не известно, но его взгляд стал яснее, и вендиго мог посмотреть на девушку, которая наверняка могла быть в ужасе от увиденного, особенно от обилия крови.
-Как ты... Как ты это сделала?
Он не отпускал ее руку, но при этом не царапая небольшими когтями, просто удерживая рядом, хоть и через решетку. Все-таки Тара ему помогла, только вот далеко не в качестве еды. И от этого Пак был ей благодарен, потому что ему не хотелось бы давать волю зверю и отгрызть руку девушке. Нет, этого не должно было произойти. Пожалуй, никто ничего подобного для него не делал. Все воспринимают его как зверя, который убивает без разбора, но даже при этом человеческое в нем тоже было. Обычно это понимают только вендиго, поэтому предпочитают быть со своими сородичами, а не с людьми или еще кем-то.
-Спасибо.
Только восстановиться он сможет лишь от еды.

+1

34

[AVA]http://sg.uploads.ru/i56uO.png[/AVA][indent=2,0] Ослабленная девушка сидела на холодном полу рядом с решеткой, уже не пытаясь встать и сопротивляться собственной беспомощности, её одежда больше походила на лохмотья, вся в пятнах крови. Руки стискивали прутья решетки, в надежде найти силы поднять хозяйку с неудобного пола, но ноги её не слушались, и Рейкен ещё больше оседала вниз. Самым паршивым было то, что Тара никак не могла поднять даже взгляд на вендиго, она чувствовала, что тому очень плохо, но ничем не могла помочь, совсем ничем. Он остался один, всего в нескольких метрах от неё самой, со всей этой болью, пронизывающей его тело, тем не менее, койот просто сидит на месте не в силах сломать эту чертову стену между ними. Позволяя своему разуму раствориться в звуках, доносившимся издалека, они вязли в сознании, создавая ужасающую мелодию, больше похожую на шум, изредка сопровождающийся криками людей, да и не только их, пугающий гул, он извещал о неминуемой участи девушки. Она готова была вернуться на мост, на свой мост, даже в тот нервный момент, когда Су Чже привёз её туда по собственному желанию Рейкен, тогда, когда опасность представлял этот вендиго, а не группа оборотней, что возомнили себя… кем же? Тара вспомнила про ответный вой на её зов, здесь, в этом подземелье были ещё оборотни в плену, но похоже, она была единственным койотом. Какая удача - наверняка думали их похитители. Мозг отказывался думать, а пол уже казался практически одной температуры с девушкой, ведь внутренний холод затруднял дыхание, а мысли неслись отнюдь не в позитивное русло: она отчаянно думала как им поступить, а что если Су Чже... Нет, он не мог умереть, вендиго живучие, даже с огромным количеством яда в крови, даже без руки, но сейчас мужчина был таким покинутым, обессиленным. Тара могла бы сделать хоть что-то. Только бы не отключиться самой. «Пожалуйста, очнись, Су Чже. Я без тебя не справлюсь. Мы не справимся, только вдвоём, пожалуйста». Тара, казалось, шептала эти слова сама себе на протяжении долгого времени, и только они заставляли её тело бороться с холодом, раны медленно затягивались, а силы постепенно приходили на средний уровень.
[indent=2,0] И вот Су Чже, казалось, очнулся, пришёл в норму? Нет, конечно же нет. Он рухнул в лужу собственной крови. "Отрастить тело, да, я знаю, Су Чже, но..." Не сейчас, он не в состоянии что либо сделать под этим отравляющим веществом, что бы это ни было. Что же может она сделать, а слёзы опять начинают скапливаться в глазах, как на доли секунды в разум проникает единственно верное, но такое отчаянное решение. Одинокая мысль, что могла спасти его. Она смело протягивает руку к вендиго, берет его за запястье, стараясь не быть слишком навязчивой, нежно касаясь его кожи, чувствуя кровь на своих руках, его кровь, её. Не важно. Сейчас это неважно. Горячая кожа мужчины обжигает, кажется, что уже посиневшие от холода руки девушки не могут дать ничего для него, но это ошибочно. Тара отлично умела снимать боль от небольших ранений, чаще всего для Тео, когда нужно было быстро восстановиться. Но сколько она сможет вместить сейчас в себе, сколько забрать безоговорочно, давая Паку силы, нет, не отдавая их, а освобождая его разум от яда, забирая всю возможную боль, чтобы тому стало легче. Только так сейчас она могла помочь. Сквозь тонкую кожу руки девушки можно было видеть, как эта боль, превратившись в противный смешанный с чёрным голубой цвет, бежит по её сосудам, поднимаясь всё выше, затрагивает область шеи, она доходила до самого сердца. Рейкен начинает чувствовать, что её вторая рука будто отнимается, тысячи острых ножей одновременно врезаются в её плечо, разрывая плоть изнутри, однако не принося никакого физического вреда. Только осколки той боли, что она может снять. Они падали на неё, осыпая девушку крупной дрожью, но она не прекращала до тех пор, пока вендиго не открыл глаза. Однако даже тогда девушка продолжала снимать напряжение с тела Су Чже. Койот внутри кричал от боли, а изо рта стекала маленькая струйка крови, Тара скалила клыки, и если бы сейчас она кусила кого-нибудь, то точно отхватила бы кусок побольше, ведь именно в этот момент боль от яда начинала подбираться к горлу, сковывая дыхание и движения, не давая вдохнуть свежего воздуха, даже в этом жутком помещении. А её глаза… в жёлтой, светящейся радужке койота начинали появляться огненные искорки красного цвета, цвета силы и мощи. Она хочет уже отпустить руку, разорвать связь, но уже сам Су Чже не даёт, в то время как подсознание Тары на каком-то ментальном уровне само обрывает все нити от боли мужчины, что она пыталась забрать себе. Девушка смотрит на Пака, практически не понимая, что тот спрашивает, но она должна была ему сказать, объяснить, что оборотни могут сделать очень многое для людей, для своей стаи, для родных и близких, для тех, кому сочувствуют. Даже для таких как Су Чже. В случае Тары – особенно для него.
- Я, - нет, Тара не в состоянии формулировать здравые мысли, только отдельные слова, нужные сейчас, - я могу снять твою боль, это не сложно и почти не больно, - «Рейкен, врать не хорошо, он же не слепой». И она утирает рукой кровь с губ и подбородка, возвращая телу ощущения реальности, - Что нам делать теперь, как выбираться? - она с болью в груди шумно выдыхает, стараясь скрыть все последствия такого проявления сочувствия для оборотня.
[indent=2,0] Но в это же время Тара чувствует в себе решимость, будто все силы сейчас вернулись в двойном размере, нет, в тройном. Когда-то Тео объяснял ей про боль, что забирая её у других, ты делаешь собственные силы оборотня-койота сильнее, если принимаешь её, и если убиваешь. Но Рейкен не могла убить Су Чже, нет, она наоборот стремилась да хоть отдать собственную жизнь за него, пусть все её силы сейчас бы перешли к Паку, пусть чувствует всё то, что она может дать ему. Пускай вся жгучая боль если не перейдёт ей, то разделится на два тела, пополам, не важно, она готова, даже не спрашивая у вендиго. Самые яркие чувства, ощущения и эмоции возникают, когда ты проходишь через невыносимую боль, через все преграды, преодолевая их вместе, жертвуя своим состоянием, своей силой, раскалывая одну боль на двоих. Именно тогда Рейкен понимает, что тот самый нужный ей, жизненно необходимый якорь, что удерживал её в реальном мире, не давал бы срываться, был здесь. Не в брате, который поддерживал стремления Тары, который дарил тепло и заботу, пытаясь избавиться от ощущения ответственности за то, что произошло с сестрой, загладить вину. Не в друзьях-парнях, что становились для девушки незначительными сейчас, они тоже заглушали тьму в её сердце, которое старалось биться сильнее с каждым вдохом, не давая умереть девушке вновь. Она встретила свой якорь очень давно, при случайном столкновении автомобиля и автобуса, при совершенно глупом желании любопытной девочки узнать, что за «не-человек» был тот мужчина. Только сейчас Тара поняла, что этот человек навсегда останется для её койота якорем, а для самой девушки…
- Спасибо, - Рейкен хотела сказать то же самое Су Чже, но он опередил девушку, когда она уже собиралась открыть рот. Её разум стал ясным, клыки давно исчезли, а лицо, перепачканное в крови и слезах, уже не было с волчьими чертами. Внутренний холод исчезал, давая свободу её сердцу, теперь уже тепло, а не боль поднималась от руки Пака, согревая Тару. Мозг начинал отчаянно соображать, он понимал, что тело всё ещё дичайше ломило от боли, а на Су Чже вообще было страшно смотреть, поэтому девушка смотрела только в его глаза, рассматривала его лицо, стараясь не касаться взглядом места, где должна быть рука. В таком состоянии она услышала приближающиеся шаги, снова сжала его руку, поворачивая голову на звук и показывая, что сейчас они будут точно не одни. Уже знакомый мужчина зашёл в камеру Су Чже, видимо, не опасаясь, что вендиго мог почувствовать себя лучше, и возможно, сейчас и был их единственный шанс что-то сделать ради своего спасения. После этого она отшатнулась от решетки, боясь вновь получить удар током, который сейчас её только бы ослабил. Но даже сама Тара оказалась не права. Ибо в следующий момент, когда подошедший оборотень вновь протянул к ней трость и пустил по ней электрический заряд, она нашла в себе неведомые силы схватить её и дёрнуть на себя, невзирая на волны боли, проходящие вновь по её телу. От её рук запахло горелой плотью, а Рейкен даже подумала про барбекю. Не сегодня. Мужчина, наверное, не был готов к такому повороту событий, и даже растерялся, чего было вполне достаточно шустрому койоту, который ещё раз дёрнул на себя трость, отключая её заряд. Когти сами воткнулись в плечи оборотня через решётку, а эта уже не нужная ему палка легла на шею, крепко прижимая его тело к прутьям. Тара бросает взгляд на вендиго, а её глаза теперь пылали желтым… но вперемешку с красным цветом.

Отредактировано Akio Mori (29.09.2018 01:13:45)

+1

35

Су Чже удивленно смотрел на Тару. Он никогда особо не интересовался сущностью оборотней, хотя его самого можно было так назвать, ведь по сути он приобретал свою настоящую сущность, его облик менялся. Но он совершенно точно не обладал способностью забирать боль других, он мог только ее причинять. Вот она разница между ними. Вендиго привыкли только отбирать жизни, это в из сущности. Наверно, по этой причине их не любят. А вот оборотни могут быть добрыми, лишь некоторые из них убивают.
Пак с благодарностью посмотрел на девушку, он испытал впервые на своей шкуре ее силу, и отнюдь не в негативном ключе. То что она сказала, что это не больно, было ли это правдой? Честно говоря, сложно было судить, по той простой причине, что Су Чже не понимал, это от ран ее либо же его. Тем не менее это для него было удивительно. Вендиго - существа с быстрой регенерацией, особо о них не беспокоятся, даже они сами, вплетаясь во все передряги, но Тара помогла. Даже если ей, вероятнее всего, было неприятно видеть такой растрепанный и по-настоящему отталкивающий облик, с запекшейся кровью и еще с какой-то жидкостью. На самом деле он чувствовал, что регенерация хоть и шла медленно, но все же шла, ведь очнулся он уже без сильного действия яда, или же Тара просто забрала боль. А Су Чже нужно было поесть. Часть его души была занята благодарностью, а часть голодом. Надолго его нельзя было оставлять без еды, иначе он полностью потеряет контроль над собой, который сейчас и так был не очень.
И видимо по волею судьбы, послышались шаги. Видимо, кто-то решил их навестить, ну или посмотреть жив ли вообще вендиго. К их сожалению, он был жив и очень зол, к тому же часть боли ушла, а значит ничего не мешало ему удариться в бой.  Как только тот вошел, то сразу направился к решетке, вероятнее всего предполагая, что может просто оттолкнуть рукой Су Чже. Какой оборотень помог бы вендиго?
Только вот Тара помогла. И все произошло слишком быстро. Разряд и запах поджаренной плоти, и обезоруженный оборотень был аккуратно, ну или же не очень, предоставлен на поедание вендиго. Как только его припечатали к стене, а когти Тары впились в него, Су Чже сильнее прижал и воткнул свои клыки в оборотня, отрывая часть. Пак не ожидал такого от Тары, но был рад и еще больше благодарен. Вероятнее всего, это было не столько для подкрепления вендиго, сколько для того, чтобы тот нашел, как им выбраться отсюда. Тем не менее, такой вот "шашлык" был ему по душе, сразу же заставляя слюну потечь от вида и от запаха крови. Серьезно, он должен ей своей жизнью, и от этого разливается тепло в душе, что о нем беспокоились. И черт возьми, они выберутся отсюда, даже с одной рукой Су Чже будет сопротивляться и разрывать всех даже своими зубами, которые были посильнее, чем у всех.
Он видит, как кровь залепляет его глаза и все лицо в целом, попадая и на Тару тоже. Ему бы не хотелось, чтобы кто-то видел такой интимный момент трапезы, поэтому выбирал одинокие места, где никого нет. Было так удивительно есть живую плоть после стольких лет «диеты», он чувствовал, как она его насыщает и делает сильнее. Сплёвывает часть руки, которая, кажется, была отравлена, а остальную часть поглощает, как настоящий монстр, кем он и является. Не этого жаждут увидеть: однорукий вендиго с жадностью трапезничающий оборотнем.
[float=left]http://funkyimg.com/i/2LFuB.png[/float]Пак прикрывает глаза, чувствуя нежную пряную плоть, она отличается от человеческой, в ней больше острых ноток,  и это настолько приятно после стольких лет, что Су Чже забывается даже. В такой момент он особенно опасен к отвлекающим факторам, еще более агрессивный и злой. Можно сказать, что это его защитный механизм оберегания еды. Но ведь сейчас он не один, а трапезничать у них особо времени нет. Отрывается от плоти, буквально разрывает его на части, скользит влажной рукой к штанам поедаемого, ощупывая ключи или то, что им может помочь выбраться, и находит связку. Возможно, у всех камер просто был одинаковый замок. Вытащив их, Су Чже откидывает от себя оборотня даже несколько брезгливо, хоть и на вкус тот был очень даже ничего, а сам срывается прочь из камеры, выглядит при этом еще хуже. С одной рукой чертовски неудобно, он не может полноценно функционировать, его рука с трудом перебирает связку, пока не находит подходящий. Ему еда удается вставить его, пара оборотов и снятие дополнительной защиты в виде металлической перегородки, и Тара тоже на свободе. Пак бросает быстрый взгляд на нее, смотря извиняюще, ведь она наверняка не хотела видеть «трапезу». Черт, никто бы не поверил им, если бы узнал, как именно удалось им выбраться.
-Оставляй его, бери шокер, пошли отсюда,- его голос был твердый и обеспокоенный, им нельзя задерживаться, кто-то еще мог прийти проведать их, а сколько их тут не известно, учитывая, что жертвами тут были не только они одни. Его сердце билось так быстро, что можно было чуть ли не слышать его. Он беспокоился, что их поймают, что то же самое могут проделать и с Тарой, а ведь ее регенерация слабее, чем у вендиго. Нет, не стоит подвергать такой опасности.
Едва ли шокер можно было назвать оружием, но это что-то, не рукой же оборотня они будут в случае его отбиваться. Они быстро шли по коридорам, которые были заброшены, кажется, уже лет десять. Было непонятно куда идти, но путей у них особо не было. Они свернули за угол, и заметили, что там вдалеке кто-то есть, поэтому быстро помчались к другому повороту, чтобы их не засекли. Наверняка, те могли почувствовать, так что им лучше быстрее уделывать ноги. Он держал своей единственной рукой руку Тары, довольно крепко. Если они выберутся отсюда, то только вместе. После всего этого нельзя было просто оставить и уйти, нельзя подвергать тому же, что пережил Пак, возможно, даже стоит уехать куда подальше. Су Чже обеспокоенно смотрел на Тару. Если нас поймают, нам крышка. Они рисковали всем, но лучше рискнуть, чем гнить в дурацкой камере, в которую попали по своей самонадеянности, ну и по невнимательности ведиго. Его сердце сковывали переживания, интуиция обострилась, они просто в шаге от своей погибели.
Коридоры, кажется, были бесконечные. Они вообще смогут выбраться?
[AVA]http://funkyimg.com/i/2LFvm.png[/AVA] [NIC]Park Soo Jae[/NIC]

Отредактировано Connor Kim (30.09.2018 21:00:19)

+1

36

[indent=2,0] Девушке не было страшно, но она в шоке смотрела, как вендиго ест оборотня, нет, пожирает, разрывая его на части. Кровь жертвы попадает Таре на лицо, заливает глаза и рот, но она продолжает крепко держать мужчину, пока тот не ослаб. После Рейкен отбегает в сторону, пытается вытереть кровь с лица, отплевывается как может. Кажется, от этого вида её начинает даже тошнить, но она сдерживается. Вендиго был одним из самых опасных существ, которых знала девушка, но видеть это вживую. Она стоит на четвереньках, очухиваясь, когда слышит, что Пак открывает её камеру. У них получилось, но пока что рано радоваться. Им предстоит быстро сматываться.
[indent=2,0] Тара вскрикнула, и это могло привлечь внимание к ним, она в панике закрыла рот ладонями, наблюдая картину перед собой: в камере за углом, куда они побежали, и откуда был слышен тот ответный вой пленённого оборотня... Лежал труп парнишки, не старше самой девушки, обе ноги были уже отрезаны, а в глазах застыл образ смерти. Рейкен не могла оторвать взгляд, а потом Су Чже хватает её за руку и они бегут, быстрее, почти не думая, скорее - на свободу. Несколько десятков метров как в тумане, а после Тара начинает понимать, что так они могут с лёгкостью попасть в ловушку.
- Стой! Дай мне всего минуту, - хотя и на столько они не могли даже остановиться передохнуть, пусть Су Чже за это время отдышится, а Тара... Она закрыла глаза и провела рукой по влажной и холодной стене туннеля. Вдохнула противный воздух полной грудью, хотя раны по-прежнему мешали ей дышать глубоко. Сейчас койот чувствовал все запахи этих длинных и мерзких туннелей, девушка напрягла все свои чувства. Далёкие запахи приносили неприятные ощущения, она почти видела путь по которому они отчаянно бежали, их запах был самым сильным и по нему уже шли след в след, минуя отвороты, в которые им приходилось забегать практически в самых тупых попытках "на ощупь" найти выход. Звуки давали сейчас даже больше информации оборотню: вот сердцебиение вендиго, такое быстрое и громкое, она в точности может повторить его ритм ударами холодных пальцев по стене; вот его дыхание, такое шумное. Мысли улетают дальше по коридорам, через все решётки, открывающиеся с гулом, он отражается от стен и преподносит информацию чутким ушам койота. И в сочетании звуков и запахов начинает просматриваться единственный выход. Повеяло свежим воздухом, им нужно было вернуться к последнему повороту, за ним дверь открывается с жутким скрипом, а после пахнет смолой и мхом, землёй и лесом.
[indent=2,0] Куда же их привезли, если там настоящий лес, то койот внутри Тары был бы просто счастлив, они смогли бы убежать, затеряться без проблем в лесу. Но даже если там обычная улица с парком, просто деревья, то в любом случае - там их ждёт свобода.
Рейкен раскрывает глаза, смотря на Су Чже уверенно и практически безразлично. Сейчас нужен был только точный и холодный расчёт, все чувства Тары к этому мужчине должны были отойти на второй план. Но она не могла освободить свой разум целиком, сердце трепетало при виде Су Чже, тем более в его таком состоянии. Девушка снова взяла его за руку, мягко, стараясь быть спокойной.
- Я знаю куда нам нужно идти. Будь готов драться, чую, что просто так мы не сможем уйти, но я сделаю все, чтобы мы выбрались, любой ценой, доверься мне. - И Тара была готова вести его за собой, сквозь тёмные коридоры, зная, что он не отпустит её руку.
[indent=2,0] Однако не всё может предугадать оборотень, и когда они уже подбежали к нужному повороту, то были не одни. Совсем не одни. Четверо мужчин преградили им путь, двое из которых были оборотнями. Слишком много, слишком сильные. Девушка в шоке прижалась к Су Чже, сжимая его руку сильнее, а её сердце отбивало такой ритм, что Пак мог почувствовать его даже на расстоянии, не то что рядом, как и те оборотни.
[indent=2,0] Ещё пара секунд тишины, где слышны только хриплое дыхание вендиго, тихий вздох Тары и рычание оборотней против них. А также смешки людей, у которых в руках было оружие. Девушке реально стало страшно, тело начало дрожать, но тепло от руки [float=left]http://s9.uploads.ru/kGO4c.gif[/float]Пака придавало сил. Ещё секунда, и оборотень делает выпад вперёд, пытаясь задеть Тару когтями, но койот успевает оттолкнуть вендиго и увернуться, от атаки, однако, острые когти волка успевают задеть плечо Рейкен. Новая волна боли проходит по телу девушки, пробуждая в ней звериную сущность. Глаза окрашиваются в жёлтый цвет, а черты лица снова становятся волчьими, длинные когти и острые клыки. Тара отбрасывает шокер в сторону, сейчас он ей уже не нужен, ведь она сама была как оружие, а по её телу пробежали мурашки, как если бы у койота шерсть встала дыбом. Нападающий просчитался, ведь эта юная девушка сможет дать отпор любому, даже сильному оборотню. Кровь в ней кипела, внутренний холод уже не был страшен, а руки, пусть и замерзли и плохо слушались, но какая к черту разница, если тонкие пальцы заканчивались острейшими когтями. Койот чувствует запах страха, исходящий не только от самой Тары, но и от противника, он испугался, всего на мгновение, но этого хватило, чтобы пробудить в девушке жажду рваться в бой. Когти царапают тело оборотня, а зубы разрывают тонкую кожу на шее мужчины. Койот с безумной силой смыкает челюсти на его шее, и кровь по новой заливает одежду Тары. Она не может остановиться, только так они смогут выбраться, только так она попадёт домой, вырвется из этого ужасного плена, она не может больше чуять запах крови и боли, страха и смерти. Глаза девушки окрашиваются в голубой цвет, койот первый раз в жизни убил человека, но она не чувствует раскаяния, лишь свирепую боль, желание защитить себя и Су Чже. Новая волна силы пробегает по позвоночнику девушки, она с трудом выдыхает, бросая тело мужчины на пол, и ловит взгляд вендиго уже алыми глазами, как сама кровь, глазами альфы.[AVA]http://s7.uploads.ru/et7Gk.png[/AVA]

+1

37

Су Чже просто наблюдал за Тарой, зная, что ее слух лучше, как и нюх в принципе, поэтому они такте хорошие ищейки, поэтому самих беглецов могли быстро найти. Но тем не менее у них был еще шанс, правда Тара была права,без боя они не сбегут, это было бы слишком легко, а учитывая, что за ними следили, а Су Чже, так сказать, получил боевую рану. Видимо,им суждено пролить кровь, чтобы выбраться. Будь они людьми... то уже никогда бы не выбрались. Но они существа, а значит, глотки разорвут за победу в прямом смысле. Уж Пак точно, вся копившаяся злость была готова вылиться на решивших посягнуть на их жизнь.
Но все же Су Чже не хотел, чтобы Тару сильно ранили, смертельно, все же ее регенерация в разы слабее, а передать сою Су Чже не сможет, как и забрать боль. Поэтому волнение в его сердце было, да и Тара не была спокойна, хоть и держала вендиго за руку спокойно, но тот оставался существом, который мог уловить сердцебиение, особенно в таком состоянии. Им стоит поговорить, но позже. Они же выберутся? Точно выберутся, никаких других путей нельзя рассматривать. Однорукий Ромео и воскресшая Джульетта.
-Отлично,- Пак кивнул, соглашаясь. Тара в принципе  была сильнее, а по сравнению с одноруким вендиго тем более, так что тот мог прикрывать и добивать. И прогрызать себе спасение, в прямом смысле. Что ж, иметь в ручных псах вендиго очень удобно, они даже не оставляют следов, сжирая заживо. Только приучить их нереально, практически, только если те сами захотят помочь. Ну или же доведут голодом, главное самому не попасться.
Они выбрали другой путь, Пак лишь доверился, надеясь, на чертов выход. Вендиго внутри него негодовал, и в то же время пытался восстановиться, что было проще, учитывая его небольшой перекус. Он мог чувствовать, что часть руки даже восстановилась и неприятно пощипывала, все было бы хуже, ощущая он все в полном размере, начиная от пули, заканчивая рукой.
В их сожалению, за поворотом ждала не машина Су Чже, а целая команда жаждущих их плоти и крови оборотней. Команда небольшая, но точно не равная им, но разве это им помешает сопротивляться? Точно нет, не сейчас.
Пак может ощущать силу Тары, что вот она настоящий оборотень, который по силе превосходит вендиго. Он даже успел восхититься ей. Например, тем, как она смогла отпугнуть  оборотня, всего на время, а потом вцепиться в него мертвой хваткой, в прямом смысле. Пак видел ее лишь в образе койота, тогда она ни капли не была похожа на ту себя, что стояла рядом. Тогда Су Чже бы никогда не подумал, что она может так преобразиться. Это и восхищало, и пугало одновременно. Была ли она такой всегда, или же ситуация заставила? Ответа он сейчас не получит, ведь им далеко не до этого. Чтобы не быть просто в стороне, он использует свою главную особенность: свои клыки, острые, большие и сильные. Они легко прогрызают плоть, не убивая, но позволяя ранить. И на этот раз, они забыли о яде, видимо, посчитали их компанию слишком слабой, чтобы кроме оружия в виде электрического разряда не брать. Это им на руку.
Но дальнейшего он никак не ожидал. Его бело-серые глаза встречаются с красными глазами Тары. А это все значит только одно: она стала альфой. Сильная, по завораживающему пугающая, альфа. Она борется до последнего, переходит свои границы, совершает невозможно, ради их освобождения. На миг он даже застыл, но это позволило оборотню воспользоваться и начать атаковать, так же больно кусая, да еще и надавливая на рану. Вот этого Пак не потерпит, слишком сильно сцепляя свои клыки, выкладывая ту силу, что у него есть. Главное, чтобы за ними не пришли еще. Скорее всего эти справляются с беглецами, видно по их шрамам и ранам, которые не до конца зажили. В одну из них и давит Су Чже, проводя когтем большого пальца, чувствуя струящуюся кровь. Как с ним играют, так и он. Убийство в его крови, поедание в его крови с рождения, а вот оборотни зачастую ведут мирную жизнь, забиваясь в стаи. Уж лучше бы их противника так и сделали.
Пак чувствовал, как он начинает ослабевать, так как тело не успевает так быстро восстанавливаться, даже не смотря на оторванные куски чужой плоти. Его голова гудела, в конце концов, он помогал добивать, поедая и утоляя свой сильный голод. Его дыхание сбилось, его прижали к стене, ударяя разрядом, несмотря на то, что сам Су Чже так отбивался, а потом использовать оружие против них же.
Если на них посмотреть, то они выглядели, как выжившие после зомби апокалипсиса, потрепанные, в чужой крови, с растерзанными телами рядом, да и сами покалеченные.
Пак посмотрел на Тару, не зная, как она к этому отнесется, потому что наверняка она не каждый день убивает других, да еще и становится альфой. Ее алые глаза так и говорили о силе, которую она приобрела буквально через чужую пролитую кровь. Можно было чуть ли не почувствовать ее рукой, особенно с чуткой интуицией вендиго.
-Ты как?- несколько осторожно произнес Пак, понимая, что у них не сильно то много времени, может кто-то еще придет за ними. -Нам бы сбить их со следа, и сваливаться поскорее.
Пак подошел ближе, надеясь не разозлить оборотня, а просто взять когтистую руку и войти в доверие, чтобы они могли уйти. Никогда не знаешь, как отреагирует внутренний зверь, особенно на вендиго, чей облик все еще приходил в человеческий.

Отредактировано Connor Kim (02.10.2018 22:08:59)

+1

38

[indent=2,0] Вкус крови заставлял оборотня драться ещё с большим упрямством, но Тара уже с трудом царапалась и кусалась. Она, как дикий зверь, загнанный в тупик, обессиленный и затравленный, он не будет сидеть и смотреть на то, как его пленяют, он будет с дерзостью и неподчинением рвать в клочья своих врагов. И сейчас Рейкен выпустила наружу своего монстра, показывая, что не станет такой простой добычей, если тогда она была не подготовлена, пропустила мимо ушей незнакомца с веревкой, пропитанной аконитом, то сейчас Тара не была собой, не той девушкой, которую застали врасплох. По её невнимательности, по слишком поздней реакции. Она видела, как её «напарника» зверски царапают, как он сам дерётся помогая койоту, но Тара уже больше не могла, она физически истощена, и даже заставлять себя бороться она уже устала. «Нельзя давать слабину, ну же, ещё немного и вы будете на свободе», даже добрая девочка внутри сознания оборотня подгоняла его, своими способами, не такими жуткими словами и даже угрозами, которыми мог воспользоваться оборотень, но и она помогала девушке идти вперёд. А когда она перешла все границы, что ставила своему волку, и поняла, что перед ней лежат тела убитых мужчин, у двоих из них шеи были просто разорваны её клыками, а у одного глаза вообще выцарапаны… Рейкен смотрела на всё кровавое месиво огромными глазами, одной рукой она оперлась на стену, царапая её когтями, которые так и не хотели убираться. Пот вперемешку с кровью, своей и чужой, капал с лица, висков, и с запутанных волос Тары тоже капала кровь. Её майка настолько пропиталась кровью, что уже на ней не осталось места для приятного глазу нежно-зелёного оттенка ткани. Но вот вендиго берёт её за руку, и все ощущения меняются.
[indent=2,0] Каким бы ни был Пак Су Чже, какой бы облик не принял, Тара всегда его узнает, она примет его любого, именно этот не человек сейчас придавал ей сил, физических и моральных. Просто видеть его лицо, смотреть на возвращающиеся в человеческую форму глаза, чувствовать его руку в своей руке. И Рейкен снова становится собой, приобретая человеческие черты лица, убирая когти и клыки. Теперь это происходило в два раза быстрее, однако, она хуже контролирует эту рвущуюся наружу силу альфы, но не когда рядом Су Чже. Посчитал ли её внутренний койот, что теперь он - часть её стаи, за которой нужно присматривать, оберегать его, или же просто решил сам, что вендиго, ЭТОМУ вендиго можно доверять. Он пробрался в самую душу Тары, в сердце койота, и теперь только он с лёгкостью возвращал и оставлял Рейкен в состоянии человека. Как только мужчина берёт Тару за руку, по телу разливается тепло, а холодная ладонь согревается. Внутренний холод никогда не покинет когда-то умершую девочку, однако, тепло Су Чже могло помочь ей. И только сейчас она начинает понимать, что её состояние изменилось, Тара практически чувствовала, как искрились волны её возросшей силы, доходя до кончиков пальцев. Девушка, наконец, сообразила, откуда исходит вся эта мощь и что было тому причиной, она в шоке и панике распахнула глаза, пытаясь отойти назад, но Су Чже удерживал её рядом.
[float=right]http://s7.uploads.ru/C50jm.gif[/float]- Что я сейчас сделала... Что я натворила, я же, - она никак не могла произнести эти слова, - убила человека. Этих людей.
Эмоции нахлынули на девушку, она не могла удерживать зверя внутри, он был несказанно рад, что инстинкты койота, в том числе желание убивать, наконец, проникли во внешний мир. А испытав на себе смерть, Тара долгое время не желала даже причинять кому-то вреда, она контролировала себя. А когда срывалась, то корила саму себя за несдержанность, ещё со школы, на хулиганов, на Тео и членов своей стаи. Спустя только минуту, она смогла вникнуть в слова Пака:
- Сбить их со следа? Ты совсем не представляешь, как сейчас мы пахнем? От нас несёт за километр, что нам делать, Су Чже? – Тара правда не знала, да, она почти привела его к выходу, но боялась нести ответственность за их жизни, сейчас она вспомнила свою смерть, и это реально пугало девушку, - Я боюсь умирать, там нет ничего, ты даже не запомнишь свою жизнь, ты даже не поймёшь, что умер, и как, что ты вообще жил, – и пусть это было сказано почти спокойно, а голос был всё ещё хриплым, но в нём могли звучать уже высокие нотки отчаяния, слова путались, её разум покрылся туманом из крови, она всюду видела её, руки девушки были в крови, она вся сама, и Су Чже тоже, голова начинает кружиться, так что Тара снова опирается на стену, оставляя следы. Они всё равно почуют их, даже если они будут супер-осторожными и не оставят никаких следов. Сознание отказывалось работать, но до выхода оставалось так немного, пожалуйста, койот, доведи нас до свежего воздуха.
- Нам нужно идти, выход близко, - в надежде, что нюх её не обманывает, даже сквозь всю ту вонь от убитых оборотней, Тара продолжала упрямо идти. Вот, поворот направо, теперь налево. Большая железная дверь, на удивление оказалась не закрыта. Неужели так просто, так легко, пройдя через всё то, что они пережили, сквозь решетки, повороты не туда, сквозь драку, нет, скорее резню. Они смогли выбраться?
[indent=2,0] Девушка вдохнула полной грудью свежий воздух лесного массива, она была права, их привезли куда-то в лес, и, судя по стенам, и тому, что было над ними, это какое-то заброшенное здание завода или предприятия. Сквозь асфальт под ногами пробивалась трава, что неприятно колола ноги, так как на одной ноге джинсы уже походили больше на лохмотья, и эта трава оставляла легкие царапины. Почему-то Рейкен подумала, что она могла быть отравлена, так что девушка остановилась и вдохнула запахи растений, нет, всё чисто. Тут же она услышала звук мотора автомобиля.
- Эй, - теперь уже она говорила шепотом, - там за этим углом, видимо, парковка, и нам подготовлена тачка как на заказ, сможешь вести, готов? – последние силы оборотня ушли на то, чтобы откинуть зазевавшегося водителя в сторону, даже слишком тихо, не поднимая шума и паники, в надежде, что они не были замечены.
[indent=2,0] Тара была счастлива, что они смогли удрать всё же от этих чудовищ, и отнюдь не Су Чже был монстром там, и пусть таким он казался ей при встрече, но... Он не был монстром! И пусть, что он ест людей, Тара многими принципами пожертвовала, чтобы они выбрались, она чувствовала вкус крови во рту, не своей, ей не было всё равно, она напугалась своей силы, и что убила. Это чувство пока что отошло на задний план, а сейчас, именно сейчас, она могла смотреть на этого вендиго и думать о нём, что это он спас её, они вместе смогли выбраться. Девушка чуть ли не радостно открывает дверь к пассажирскому сидению автомобиля, но тут раздаётся выстрел. Резкая боль пронзает её правое плечо и лопатку. Она вновь чувствует, как яд пробирается под её кожей всё дальше. Это была пуля, которая попала точно в цель. Может быть ещё левее и койот бы упал замертво, а так, девушка с тихим вздохом падает на сидение и чувствует, как его спинку начинает пропитывать её горячая кровь. Силы покинули оборотня, а глаза начинают закрываться, но только лицо Су Чже заставляет не отключаться окончательно. Она сквозь боль повторяет его имя «Су Чже, Су Чже». [AVA]http://s7.uploads.ru/QzRGW.png[/AVA]

0

39

[indent=2,0] Су Чже чувствовал, что что-то должен был сказать Таре, потому что... Просто это нелегко принять, Пак убивал, потому что не мог иначе. Когда он это сделал, голод буквально прогрызал в нем дыру, заставляя наплевать на все и просто наслаждаться плотью, поедая все больше и больше. Это своеобразный наркотик, ты не можешь остановиться. Очень редко вендиго, вкусив живую плоть и питаясь так много лет, могут отказаться и жить "мирно". Возможно, в этот момент стирается граница между людьми и вендиго. Для него все эти убийства, даже сейчас, в какой-то степени приятны, они наполняют силой, они позволяю ощутить себя властным, они просто напоминают ему, кто он на самом деле и что для него все эти человеческие жизни не так важны. Как будто и не было тех лет, что он соблюдал диету, нет, сейчас он в полной мере ощутил все снова, не думая, что сможет опять отказаться. Но Тара другая, наверняка, она не убивает в темных переулках, чтобы истерзать, съесть кого-то. Она скорее всего гуляет по тому же лесу, сидит с родственниками, не думая о том, каков на вкус то или иное живое существо. И Пак был обязан поговорить, раз втянул, раз оказался причиной ее преображения, ее, возможно, первого убийства. Да, это самооборона, но это не отменяет факта того, что это привело к смерти, причем не одного.
Но у них нет времени на это. Нет времени пытаться избавить от следов, да и не получится. Нет времени ни на что. Возможно, Пак все еще был опьянен свежей плотью и еще медленно соображал, но совершенно точно, им надо убираться отсюда. Как угодно, хоть на своих двух.
-Мы выберемся отсюда.
Это не было обещанием, это было утверждением. Они слишком много уже сделали. Если их поймают, им точно конец, никто не заточит их в клетку, даже если изначально хотели. Теперь их ждет смерть. И лучшая идея: бежать, причем как можно дальше. Даже если за много тысяч километров, правда, их могут выследить. Надо валить, делать ноги, и куча других обозначений, которые не меняют сути.

[indent=2,0] После этой драки, после того, как ему скормили того несчастного "шашлычка" это теперь казалось легче, словно есть подвох. Серьезно, неужели там было так мало оборотней или людей, да кого угодно. Просто не верилось. Его интуиция была в такой степени обостренной, что давила на голову. Серьезно? А что Су Чже мог сделать? Да ребят, отпустите нас, мы просто уйдем, никому не сдадим вас. Полная фигня.
Тара была права, на парковке были машины. Ему не впервой воровать чужие тачки. Было пару раз, когда он убивал какого-нибудь гонщика, конечно, тут машины были далеко не гоночные, но он ничуть не жаловался. Едет? Прекрасно. Едет быстро? Еще лучше. Су Чже немного забеспокоился, с одной рукой он не мог выполнять некоторые трюки и вести полноценную погоню, если потребуется. Но он собирался запихнуть свои недовольства далеко в себя, и не выделываться. Нахер все, он сможет, сделает все, чтобы они не оказались в кювете, чтобы их не расплющило по всей дороге или еще чего похуже. Это даже не обсуждается. Его рука уже начала отрастать,но пальцев или запястья даже еще не было, ему нужно чуть больше времени, но выбора нет.
Пак отходит от Тары, чуть ли не скользя по капоту, добирается до водительского сидения, но не успевает среагировать, когда происходит это. Да и не смог бы. Он лишь видит, уже сидя в салоне, как какой-то оборотень стреляет в Тару, которая теряет фокус в глазах и валиться на сидение, заставляя Су Чже обматерить того самыми неприличными словами, думая, что им жестко не повезло. Вот он подвох, жизнь слишком жестока, чтобы все было так легко. Хотите убраться без последствий? Пффф, губу закатайте.
Пак устраивает Тару на сидении, чтобы просто начать смываться оттуда. Он не знает, куда попала пуля, не знает, выживет ли она, но ее глаза еще открыты, что хорошо. Его мозг просто плавится от мыслей от того, что просто не знает, за что приняться. Су Чже не может оказать свою помощь, находясь на водительском сидении, к тому же их могли поймать, прямо, черт возьми, сейчас. Пак видит, как кровь распределяется по ткани, впитывая все, но ее много, чертовски много, что и понятно. Наверное, он сам оставил просто дофига, когда его подстрелили.
-Смотри на меня,и не смей глаза так закатывать,- его голос слишком резкий, но он чертовски боится за нее. Даже если бы захотел, не смог бы быть мягче. Он просто надеялся, что это не скажет о нем, как о человека "мне насрать на тебя".
К его счастью, машина оказалась современная, оснащенная автоматической коробкой передач, иначе он бы не смог одновременно переключать, вести и маневрировать, и к тому же теперь не дать Таре истечь кровью и умереть прямо в салоне.  Да ни за что, они не зря так выбирались. Хватает пару секунд, чтобы он сорвался с места, совершенно не представляя, куда ехать. Они как герои триллера или дурацкого ужастика, который никак не заканчивается.

[indent=2,0] Так, если они в Сан-Франциско, а не совсем за городом, то он знает, к кому обратиться, но в таком случае, ему просто придется продать свою душу, но сам он не сможет должны образом вытащить пулю, обработать рану, а заставить свою руку вырасти силой мысли не мог, к сожалению. К тому же им нужно было хотя бы сменить одежду, а так же пересесть на другую машину, желательно.
Пак чувствует, как его трясет, пот струится по лицу, волосы мешают видеть нормально, но это все мелочи. К его счастью и сожалению, дорога одна, и он чертовски быстро по ней несется. Казалось, что это его внеочередные гонки, где ему нужно, просто жизненно необходимо, получить первое место. Он видит в зеркале, что те оборотни замешкались, скорее всего, не зная, стоит ли им ехать, или же нет. Ни Су Чже, ни Тара не смогут подать в полицию. Полиции существ просто не существует. А у них есть трупы, о которых надо побеспокоиться, к тому же вендиго не знал, сколько их там было, этих организаторов. Возможно, целая орава, а возможно, человек 10-15. Но учитывая размер заброшенного здания, самих охранников тут было мало, так что за ними поехал лишь один молоденький оборотень, которого Су Чже в данный момент хотел скинуть с дороги, если тот доберется до них, а еще лучше перевернуть его машину и съесть, в качестве небольшой мести за неудобства.

  [indent=2,0] Пак поглядывал обеспокоенно на Тару, прикидывая, насколько ей сейчас может быть плохо, прислушался, понимая, что ее сердце бьется, глаза обращены на него, даже слышит голос, тихий, но это значит можно гнать дальше, только осторожнее. Он несколько раз придерживал ее, подвергая их опасности оказаться за дорогой, ведь приходилось поддерживать руль отрастающей рукой. Во что, черт возьми, они ввязались. Никогда более, такого не повториться. Просто нельзя этого допустить. Его пальцы вдавливаются в руль, оставляя следы, но какая разница, тачка то не его.
Было видно, что оборотень не такой опытный в гонках, он допускает ошибки новичков, пытаясь загнать в тупик вендиго. Да он таких в свое время еще и не так проучал. Ему совершенно не жаль, когда он жестоко расправляется с ним, сталкивая с другим авто. Упс. Все равно его не найдут по машине, номера то не его. И другую машину не жаль, Тара бы наверняка его отругала за это, если бы могла. Су Чже что-то нес, отвлекая девушку, возможно, что-то о своем опыте в вождении, буквально все, что вспоминал.
Еще раз проверяет Тару. Он боится, что в очередной раз просто не услышит, как бьется ее сердце, а кровь просто продолжает впитываться, капает на коврик, одежда в полном беспорядке. Да Су Чже выглядит как безумец, который плевал на правила дорожного движения, на других людей, да и вообще на весь этот мир. Отчасти, так и есть. Точнее это на 100% так.
Пак собирался сделать то, что никогда бы не сделал в нормальном состоянии. Когда они оказываются в черте города, он останавливается, и думает помочь хотя бы остановить кровь. Да, они потеряют время, но ему пофиг, так хотя бы больше времени будет у Тары. Его отец врач, а он сам убивает людей, ему ли не знать, как это сделать. Его рука вся окрашивается, но сейчас ему не удастся вытащить пулю. Так он хотя бы не даст умереть от потери крови.
-Тише, будет неприятно, мы сейчас поедем к моему знакомому, он вытащит пулю и мы помчимся далеко отсюда.
Он говорил это не для себя, а для Тары, чтобы она чувствовала себя в безопасности. Наверняка ее внутренний зверь рычал об своего положения, а сама девушка была близка к бредовому состоянию.Су Чже чуть ли не сам чувствовал ее состояние, пытался быть адекватным даже сейчас. По крайней мере, довести их целыми.
Су Чже собирался обратиться к самому последнему человеку, к которому мог. Ему нельзя а больницу, а везти ее в Бейкон Хилл просто не мог, Тара, конечно, крепкая, но это слишком опасно. Поэтому Пак собирался продать душу дьяволу, почти буквально. Этот человек был самым худшим из всех для вендиго.
Когда Паку удалось остановить кровотечение, то он поехал к дому того самого, надеясь, что это все не зря, что тот не уехал. Было много сомнений и "но", это все перекрывалось тем, что необходимо справится с раной Тары. Этот дом, точнее квартира навевали самые худшие воспоминания. А все потому, что тот, кто живет в этом доме, подстроил смерть отца Су Чже. Именно из-за него в семье случился разлад, именно из-за него вендиго сел на "диету", а теперь собирался просить помочь, потому что тот был врачом.
Пак припарковал машину, быстро пересек расстояние между водительской дверью и пассажирской. Он помог девушке выбраться, практически держал ее на руках, стараясь держать так, чтобы не навредить.
-Мы уже доехали, еще немного.
Говорил как для себя, так и для Тары. Его сердце само было билось в безумном темпе, его руки едва ли не тряслись, но тем не менее, он смог довести альфу до двери квартиры. Да, возможно, ему придется выполнить самое грязное дело в своей жизни за это, или же просто жить, зная, что обязан убийце своего отца, но другого выхода особо не было.
Так что Су Чже это сделал. Продал свою душу, уговорил им помочь, хотя это опасно и для него. Но если к нему придут оборотни, то у него есть свои связи, не позволит измываться над собой.
-Только попробуй съесть ее,- это было обращено к ухмыляющемуся вендиго. О да, он был доволен, а Пак скрипел зубами.

[indent=2,0] Ему нужно было хотя бы избавиться от этой машины, а потом вернуться за своей, вытащить оттуда все, стырить чужую и уехать далеко в закат. Но он был с Тарой, когда она еще была в сознании, когда ее положили в нужное положение, когда принесли все нужные вещи, даже когда вытаскивали пулю. Да, он был там, позволяя оборотню впиваться своими когтями в руку. Су Чже проводил по волосам, успокаивая, горя какие-то вещи, которые говорили ему когда-то, даже неуместно шутил, а потом позволил ей отключиться от этого мира. Он чувствовал, что должен был хоть как-то помочь, потому что его сердце само пропускало удар, когда он видел, что произошло частично по его вине. Это все можно было предотвратить, никуда не ехать и все такое. Теперь же именно ему следует беспокоиться о целостности Тары, о ее восстановлении, и захочет ли она вообще возвращаться в родной дом, ну и еще куча вопросов, на которые нет ответов.
А сам Пак холодно сказал своего "врагу" присмотреть за девушкой, а потом направился по делам. Он знал, что может привлечь много внимания, поэтому через балкон стырил чужие вещи, которые ему не совсем подходили, переоделся, выкинул свои вещи, желая вообще их сжечь, а потом просто оставил машину где-то вдалеке. Ему нужно спешить. Их могут искать, а могут и нет, но ждать их с объятиями не хотелось. Так что он вернулся за своим автомобилем, находя там все нужные вещи(только телефон выброшен, вдруг они решит использовать человеческие средства), потребовалось совсем немного, чтобы украсть чужую, совсем немного чувствуя вину за то, что так жестоко поступает с машиной. А потом постарался быстрее добраться до дома. Если их там ждут, этот ублюдок просто выдаст их с потрохами,заботясь только себе.
Но к его счастью, никого нет. Су Чже помог Таре переместиться в машину, а сам уже видел, как отрастает его кисть. Вести может, это самое главное. Теперь им предстоит долгая дорога, потому что Пак ни за что не повезет Тару в Бейкон Хиллс сейчас, это просто исключено. Последнее, о чем заботится вендиго, это еда и одежда для девушки. Он не стал помогать ей переодеться, не стал помогать даже смыть всю грязь, лишь с тех опасных участков, что были близки к ранению.
У них новый рубеж. Новый город, потом можно будет вернуться в этот несчастный город в штате Калифорния.

0

40

[indent=2,0] Спать в машине - зло. Особенно когда не чувствуешь свою спину, и всё от лопатки до копчика не подвластно твоим движениям. Тара просыпалась часто, оглядывалась, трясла головой, пытаясь вспомнить хоть что-то, иногда не понимая, где она находится, но стоило поймать на себе обеспокоенный взгляд Су Чже, как она успокаивалась и снова отключалась. Кажется, что ей вкололи такую дозу снотворного и обезболивающего, из тех трав, что реально воздействуют на существ, как наркотик, что койот внутри просто впал в спячку, но восстановление активно шло, в два раза быстрее, чем обычно, ведь она теперь альфа, хотя ещё до конца не понимала этого, и уже даже спустя час поездки, который казался Таре чуть ли не целым днём, а пулевое ранение начинало представлять собой менее пугающую картину. Тем не менее, большой бинт, который приклеили ей на спину, целиком пропитался кровью, но уже не оставлял следы на пассажирском сидении. Периодически она вскакивала, раскрывала глаза в панике, иди же просто пялилась отрешенно, в никуда, будто думая о чём-то страшном, ведь глаза были раскрыты максимально, почти в ужасе (в то же время Су Чже иногда это замечал, но она не реагировала, а просто смотрела на дорогу) или снова уходя в далёкие воспоминания из жизни мёртвых, начинала что-то говорить, ей казалось, что она до сих пор находится в камере, что им нужно бежать без оглядки, что всё в крови и холоде. Про холод Тара упоминала все чаще, он снова будто разрывал сердце, хотя на самом деле её температура поднялась выше нормальной, даже для оборотня.
- Су Чже, мне так холодно, - частая фраза, срывающаяся с губ Рейкен, в полу бреду, а тело тем временем горело жаром, - лучше ты, пожалуйста, - она правда не понимала, что говорит, снова засыпая, слишком нервно, - лучше ты убей меня, только не они, не они. Только не они, я не хочу. Умирать. - а после начинала медленно сводить слова к шепоту, упоминая, что она теперь убийца, настоящий монстр. И в данный момент ей было не важно, что подумает Пак, даже то, что он сам "монстр" такого плана.
[indent=2,0] Всё как в тумане, глаза, казалось, также смотрят через дымку боли и крови. И она погружается в очередной беспокойный сон, в котором приходится рвать глотки всем, кто встаёт у них на пути, вот уже они почти у выхода, но вендиго ловят, а Тара ничего не может сделать, его забирают и мучают у неё на глазах, разрывают тело на части,, хотя он ещё живой, горячая кровь попадает ей на лицо, а она видит, как оторванные части мышц всё ещё пульсируют, пока нервные клетки в них окончательно не умирают. Койот чувствует всю эту боль, она так сильно просачивается во все уголки тела, доходя до самых тоненьких капилляров, даже в самые не чувствительные нервные окончания тела девушки, будто тысячи острейших иголок пронзают её конечности. Тара вспоминает, как Пак говорил не закатывать глаза, когда они только сорвались с места в украденной машине, но она с трудом держала их открытыми тогда. А сейчас ей было позволено их закрывать и видеть ужасные сны, которые подкидывало подсознание, пребывая до сих пор в шоке от обилия боли и от бессилия. Зверь внутри уснул, он наконец поддался отдыху, что не мог себе позволить, когда какой-то человек вынимал отравленную пулю из тела Тары. А она сжимала со всей дури руку вендиго, проникая своими острыми когтями под его кожу, сейчас она видела это спустя время... Как бы со стороны. От неё отделился дух и наблюдал за всем происходящим из угла небольшого кабинета, видимо, подпольного. Он успевал заметить, что врач почему-то слишком доволен и зло ухмыляется, а от него пахнет знакомо, практически как от Су Чже, но как-то мерзко, будто угрожающе тошнотворно. Дух видел, что Пак гладит по волосам девушку, шутит, особенно радует его фраза "до свадьбы заживет", а потом он наблюдает за беспокойным взглядом вендиго, наблюдает его черты лица, его фигуру, хочет запомнить их с художественной точностью, не приукрашивая портрет, но добавляя все те чувства в линии его подбородка и шеи, разреза глаз, эти чувства были глубоко в душе Тары. Когда его образ сочетал в себе резкие, опасные до жути и частого сердцебиения черты, и в то же время плавные движения губами, когда он говорил Рейкен что-то успокаивающее, когда гладил по волосам тёплой ладонью, запуская пальцы в пряди. Это ничуть не складывалось в одну правдоподобную картину, что такой монстр может так нежно успокаивать и мужественно терпеть очередную боль, пока оборотень впивается в его ладонь когтями. Глаза альфы горят красным пламенем, она не может контролировать себя, как только каждый раз пинцет проникает внутрь сильнее, иногда жестче, то её черты лица приобретают волчьи, но взгляд вновь натыкается на лицо Су Чже, а острый слух принимает его голос, даже не запоминая слова, а просто ритм его речи, сбивчивой, как и волнительное дыхание. А потом дух испаряется, оставляя Тару одну, в непроглядной тьме, и диком холоде. Эти воспоминания впились в её сон, когда она уже была в другой машине, и она помнит, как Пак помог ей добраться до пассажирского сидения, как второй человек (кажется, всё же не обычный человек), говорил ему не самым дружелюбным голосом, и как мягкие руки пристегивали ремень безопасности, касаясь тела девушки, что сквозь бредовое состояние казалось чем-то неестественным, таким невесомым и безумно приятным.
[indent=2,0] Девушка приоткрывает глаза, медленно понимая, что они едут не так быстро и достаточно осторожно, да и машина покачивалась на неровной дороге. Сфокусировать взгляд получилось едва ли не с четвёртой попытки, а когда она увидела лес, то даже койот не обрадовался. Но кажется, теперь они даже остановились, после чего Тара перевела взгляд на водителя. Су Чже не смотрел на неё какое-то время, вероятно, думая, что та все ещё в отключке, но Рейкен уже не спала, но наблюдала за всеми движениями этого мужчины. Как его уже восстановившиеся руки в усталости сползают по рулю, как вендиго опускает голову и закрывает глаза, запуская руки в спутанные и грязные волосы, как устало выдыхает. И Тара ловит его каждый вздох, запоминая, изучая. Снова рисуя портрет, чтобы он навсегда остался в памяти альфы. Альфа. Она реально чувствовала, что собственные силы возвращались к ней. И хотя физически сейчас она была в гораздо лучшей форме, но морально... Девушка ещё не понимала, что произошло на самом деле, они убежали? Правда? И куда им теперь направиться? Тара закашлялась, привлекая внимание Су Чже, и пытаясь приподняться, чтобы сесть в лучшее положение, и да, на удивление ей это удается. Однако место ранения так чешется и болит, что хочется взвыть диким зверем от желания снять большой пластырь. Собственно, она и стонет, как забитое животное, что снова начинает возвращаться к жизни, но всё ещё скулит от бессилия. Она поворачивается к Паку спиной, говоря:
- Помоги мне, пожалуйста, терпеть нет сил, - голос звучит непривычно хрипло и как-то по-звериному, тихо и низко, что очень странно для молодой девушки. А когда Су Чже снимает бинт, весь уже пропитанный кровью, то остаётся только небольшое пятно, будто бы всего три или четыре слоя кожи, почти до мяса, словно она оцарапала о мощное дерево или бетонную стену. Сразу выделяется жидкость, что помогала заживлению, именно она выводила остатки яда в организме койота. Зрелище не из приятных, когда можно видеть, как начинает перекатываться оголенная живая мышца спины при малейшем вдохе или движении девушки. Она лишь надеялась, что вендиго не потеряет контроль и не ворвется острыми клыками прямо ей в спину. И только сейчас она чувствует, как сильно от неё пахнет кровью, что была её собственной, и той, что впиталась в майку и была уже чужой. Этот запах так отчётливо проникает в сознание, что окажется уже неотъемлемой частью девушки, машины, да всего, что их окружает. Неприятно чешется кожа, девушке вдруг резко захотелось смыть с себя всю кровь, всю грязь, хоть зверь внутри терпел это всё, что могло быть сопровождением жизни лесного животного. Но человек требовал воды, причём не только внутренно, да она была готова искупаться в той самой речке, где замерзала, лишь бы больше не ощущать этого противного запаха. Однако среди него всё ещё чувствовался запах Пака, такой зовущий к себе и привлекательный, манящий. Не удивительно, что многие его жертвы сами могли прийти к нему. Вот и Тара попала к нему в капкан, только не как еда.
- Спасибо, - хмуро говорит Рейкен, когда вендиго закончил все манипуляции с бинтом, - оставь так, оно уже само заживет, - и подумав пару мгновений, продолжила уже более уверенно, да и голос начинал походить на её собственный:
- Мне нужно выйти, уже не так больно, - она сама открывает дверь, но цепляется за неё как за спасительную соломинку. Выходит и делает глубокий вдох свежего лесного воздуха, её внутренний зверь, наконец, просыпается, наслаждается кислородом, однако, от его переизбытка сознание начинает уходить куда-то влево от головы, а она остаётся по правую сторону, такой диссонанс не позволяет Рейкен более уверенно стоять на ногах, она теряет равновесие, и чувствует, что её ноги подкашиваются, стопа встаёт на боковой свод, но тут же она ощущает сильные руки, что ловят её до того, как девушка падает на землю. И сознание снова возвращается, стоять на своих двоих было всё ещё сложно, но не когда её поддерживал Пак. Она снова говорит ему:
- Спасибо, - и, наконец, задаёт вопросы, которые мучили её во снах:
- Ты не пострадал? Мы выжили, да, сбежали от них? И где мы... Ты устал, нам обоим нужен нормальный отдых, но куда же нам идти, - Почему Тара ждала ответов на эти вопросы именно от Су Чже, ведь это она сама сказала и обещала ему, что они выберутся, она обещала не только ему, но и себе самой, что с ним ничего не произойдет. А сейчас смотрит на мужчину непонимающе, будто она снова та маленькая девочка, что залезла к нему в машину и случайно узнала страшные тайны. А взгляд койота меняется, ведь она так была счастлива, когда они приехали в новый город, но сейчас вся авантюрность пропала, желание смотреть и наслаждаться этим местом исчезла. Тара была рада, что сейчас они находились в лесу, здесь можно было зарядиться энергией и ехать дальше. Вот только куда. Она ничего не знала за пределами Бейкон Хиллс, и хотя в любом лесу койот мог найти и пропитание, и место для ночлега, но она была и человеком тоже. Не навсегда же оставаться зверем. И кстати об этом, девушка не знала, сколько времени прошло с момента их побега, а Су Чже, наверняка, не ел...
- Ты... Ты голоден? - и снова смотрит выжидающе в его манящие глаза.[AVA]http://s5.uploads.ru/I1mGE.png[/AVA]

Отредактировано Akio Mori (09.10.2018 23:50:15)

0

41

Долгая дорога редко бывает приятный, обычно она сопровождается одинаковым видом в течение многих часов. Если бы Пак был человеком, то обязательно бы купил себе кофе, даже не задумываясь, но в его положении это бы точно не помогло. Чертова физиология вендиго. Су Чже держал примерно одну скорость, чтобы Тару не слишком трясло, ускоряясь лишь на пустых дорогах, он привык ездить на высоких скоростях, не особо заботясь о своей безопасности.
Отчасти дорога стала его жизнью. Сколько гонок он пережил? Сколько побед было? А поражений в начале? Даже он сам не может сказать. И сейчас Пак тоже в гонке, только другой, в гонке по имени жизнь. Она сложнее, и тут уже не знаешь, какой маневр использовать, как будто едешь в первый раз, хотя по сути так и есть. Это его первая и последняя жизнь, только если буддисты не правы. А так как Пак был совершенно не религиозен, то считал, что живет лишь раз. Но если же нет, пусть в следующей не будет вендиго, а каким-нибудь камушком на горе, припекаемый солнцем, самое идеальное положение.
Его рука полностью отросла, пальцы стали нежно розового цвета, еще не до конца приобрели исходный вариант, но он уже мог нормально использовать ее. Было непривычно, как будто рука не его, первое время приходилось давать ей отдых, ну и давать отдохнуть мозгу, потому что посылать сигналы новой руке было не так просто, так как она не сильно хотела сжиматься как нужно, но не ему жаловаться. Некоторые оборотни восстанавливаются посте тяжелых ран намного дальше, а люди уж тем более, они еще и не могут восстанавливать части тела. Это была такая же рука, но не та, к сожалению та где-то у этих монстров, причем еще и с перстнем. Ничего не отдали, мерзавцы.
Они ехали несколько часов, пару раз включал ненавязчивую музыку по радио, слушая современные хиты. Многих из исполнителей он даже не знал, особенно не интересовался этим, предпочитая переслушивать уже привычные. Его рукауже нормально водила, и это было в разы лучше, теперь он полноценный вендиго, а рядом Тара, которая выглядит как его  "десерт".
Через какое-то время, он заметил, что Тара проснулась. Она не выглядела "нормально", во всей этой одежде и виде, как после апокалипсиса, как и сам Пак, наверное. И все звучит не хорошо, скорее как страдание. Когда Су Чже лежал на пору в камере, то звучал так же. Это напрягает его, он ждет указаний того, что не так. Неужели он что-то сделал, пока меня не было?
Пак останавливает машину, чтобы помочь ей, ведь сама Тара явно бы не справилась. От нее больше не пахло, как когда они встретились в лесу, тогда это было что-то такое лесное, а сейчас стал сильнее, проникая в голову Су Чже. Наверное, это потому что теперь она альфа, к тому же чужая кровь смешивалась с ее запахом. Он смотрел на то, что могло вызвать неприязнь у людей, но Пак видел и похуже, делал хуже сам. Было видно, что рана девушки начинает заживать, значит тот все правильно сделал, но Су Чже никогда "спасибо" не скажет. На самом деле Пак не знал, останется ли шрам, скорее всего нет, так же как и у вендиго. Регенерация оборотней ниже, но тоже весьма неплохая, руку, конечно, она бы отращивала дольше. Су Чже даже проводит вокруг нетронутой кожи, думая о том, как скоро она сможет зажить.
В какой-то момент Су Чже подумал, что такой ее новый вкус был бы неплох на языке и зубах. Раньше Тара казалась ему интересной, а сейчас даже аппетитной, но он бы не стал ее кусать. Во-первых, головой ему этого не хотелось делать. Во-вторых, для нее это было бы плохо, возможно, как яд, а ее организм еще восстанавливался и, вероятнее всего, привыкал к сущности альфы. В-третьих, после этого его ждала бы смерть, так как альфы оборотни сильнее вендиго.
-Ты быстро заживешь, это хорошо,- в его голосе была забота, ведь он правда переживал, что может что-то случиться. Особенно что-то мог сделать тот чертов вендиго, пока Пака не было. Но, вроде бы, все было нормально.
Су Чже позволяет выйти Таре, возможно, ей это помогает. Быть ближе к природе. На самом деле вендиго не знал, как это работает, лишь предполагал. Но видимо, было еще рано, ведь Пак успевает среагировать, перехватывая девушку, когда та начала терять равновесие. Он был рад, что к этому времени обе руки на месте, а его хватка была устойчивой. Держал ее крепко, позволяя насладиться спокойствием леса, ведь на дороге не было даже машин, лишь освещение от фар украденной тачки. Несмотря на то что было лето, приятный прохладный воздух было то, что надо. Су Чже пока не отпускал, стараясь идти вместе, но и не отходить слишком далеко. Им нужно было вернуться в машину и доехать остаток пути.
-Сейчас вроде как все зажило, вендиго на редкость очень живучие,- это было сказано с нервным смехом, ведь этим и воспользовались те оборотни и люди, зная, что он восстановится, через какое-то время. - Я думал, что мы могли бы поехать в Лас-Вегас, затеряться в большом городе с тысячами запахов, к тому же мы уже почти приехали. Ты же не против? Там интересно, и можно легко найти себе новую одежду.
На самом деле они были уже не так далеко. Ехать нужно было часов 9-10, а со всеми заминками, получилось дольше. Но Су Чже уже хотелось смыть с себя все, что напоминает о их ужасающем приключении, немного отвлечься, попытаться добыть себе еду, ну и отдохнуть. Таре тоже нужен был отдых, может быть, стоит поселиться не в центре, учитывая их не совсем легальное положение, хотя в самом городе и так куча нелегальных вещей. К тому же ближе в природе, если это поможет лучшему восстановлению. Главное, чтобы на их след не выехали.
Су Чже уже представлял, как будет объяснять брату, что случилось с его машиной, да еще и с телефоном. Все же Пак рад, что не взял свою, такую машину было бы очень жаль терять, она стоила ему целое состояние, никто не смеет покушаться на столь дорогую, во всех смыслах, для Су Чже вещь. Правда им все же нужно будет не сильно светиться на дорогах на угнанной-одолженной тачке, иначе еще и придется иметь дело с людьми. А вот с ними иногда бывает хуже, они давят не физически, а морально. После инцидента Пак не хотел сталкиваться с полицией, уже и так втянул Тару во все, что только можно.
- Ты... Ты голоден?
Этот вопрос немного застал врасплох. Су Чже мог сказать, что голоден всегда, что было бы в принципе правдой, сейчас бы не отказался, даже подумал, что Тара сама аппетитная. Но тут рядом не пробегает человек или другое существо, так что ему придется искать что-то или кого-то. Но явно не в лесу, у вендиго не такой хороший нюх, да и кто сейчас прячет трупы в лесу. До чего я докатился.
А потом в его голове появляется идея, навеянная их обстановкой, решает немного удивить  и, возможно, порадовать Тару, которая смотрела на него выжидающе, словно сейчас вендиго скажет:"Я очень голоден, ждал все это время, чтобы тебя съесть." Внутренне он улыбнулся, наверное, впервые, за это все время, что они были на заброшенном заводе и потом у "знакомого".
-Да, я проголодался,- он чуть оскалился. Так как они были примерно одного роста, то Су Чже даже не требовалось сильно наклоняться, чтобы принюхаться к Таре, чувствуя, что это заставляет напрячься. Сначала он смотрел в глаза, сильнее сжал в своих руках девушку, словно не давал вырваться, а потом наклонился, останавливаясь как чертов вампир рядом с шеей, хотя вендиго предпочитают начинать есть с грудной клетки, но вероятнее всего, Тара не в курсе этого. Этим и пользуется Пак, почти прикусывая плечо, это выглядит уже опасно и довольно интимно для вендиго. У него даже нет клыков, чтобы ранить, тем не менее Су Чже чувствует шевеление, поэтому чуть отстраняется, не желая пугать.
-Стой, я не собираюсь тебя есть,- Пак не отпускает, а просто перемещает руку в лицу девушку, чувствуя мягкость кожи, ведь она еще молода, хоть по человечески меркам, хоть по меркам оборотней. Такая юная, а уже альфа. Это одновременно гордость и бремя. Су Чже чувствовал свою ответственность за то, что это случилось.
-Или собираюсь... - и следом притягивает к себе, думая, что сейчас прекрасный момент, чтобы что-то сделать. Они пережили вместе ад, Су Чже чуть ли не за три девять земель увез их.
Его губы соприкасаются с губами Тары, которая, наверняка, не ожидала такой перемены. По этой причине он не давит, позволяя все осознать. Это скорее просто соприкосновение губ, в котором Пак чувствует, что да, если бы он решил ее съесть, но ему бы понравилось. А пока... лишь притягивает к себе, позволяя себе попросить ответить ему, сминая мягкие губы уже такой уверенной и сильной девушки. Пусть они выглядят странно, это не сильно заботит его. Особенно, когда они стоят, освещенные светом фар украденной машины на пути к Лас-Вегасу.
[AVA]http://funkyimg.com/i/2LFvm.png[/AVA] [NIC]Park Soo Jae[/NIC]

Отредактировано Connor Kim (13.10.2018 20:56:16)

0

42

[indent=2,0] На одно мгновение глаза оборотня окрашиваются красным свечением от переизбытка эмоций, шок от слишком нежного напряжения между ними, будто бы эти существа не могли вообще так аккуратно обнимать друг друга. Да, и Тара начала медленно обнимать в ответ, хотя ей плохо удавалось поднимать правую руку из-за боли от раны, что начинала вновь доставать до её сердца и сознания. Но что-то другое и новое проникает также к её душе, из-за этой близости, из-за опасных слов вендиго. Это не похоже на встречи с парнями, что были у девушки, будь то человек или оборотень, она знала, что стоит ей отвлечься, как внутренний койот может вырваться и навредить. Но здесь было другое. Зачем девушка вообще спросила его про голод, будто сама нарывается быть съеденной. Или Таре действительно хочется ощущать эти эмоции как на лезвии ножа, почувствовать как эти слова врезаются в её мысли, заставляя тонкую кожу идти мурашками. Опасными, но с такой приятной лёгкой дрожью в теле. От его запаха, который стал настолько привычным, что уже не заглушил бы никакой запах трупа, но и не позволил бы с отвращением развернуться от еды Пака. От его прикосновений, которые поддерживали в девушке равновесие, тепло, что исходило от его тела.
[indent=2,0] Койот даже прикрыла глаза от таких объятий, но только мужчина прикоснулся губами, нет, даже зубами к её плечу, то Тара распахнула глаза, ей стало всего на мгновение правда страшно, что он был серьезен, что правда после всего он мог съесть её, нет, это, конечно, было бредом. Снова фразы, которые заставляют трепетать в его руках, "или собираюсь", кровь начинает бежать по сосудам с дикой силой, и гулом раздается в висках сердцебиение. Рейкен ловит и его удары сердца тоже, более спокойные, но такие же быстрые и мощные. Ловит его дыхание, сбивая своё, она боится потерять этот момент, и поэтому он надолго отпечатывается в памяти волка. Она запоминает все запахи, звуки леса и дыхания. Вибрацию биения сердца, ведь оборотень даже не может до конца понять, он слышит его, ощущает своим телом, своим же сердцем. Или просто уже живёт этим звуком, сердцем своего якоря, который теперь заставлял не тянуть назад в человеческое, но полностью погружаться в ощущения, все эмоциональные грани человеческих чувств и всевозможных углов нашей фантазии. И она вела Тару в мир, в котором можно было поверить, что вендиго к ней что-то чувствует, что она отвечает ему взаимностью. И пусть теперь они оба попадут в ад из-за убийств, с другой стороны как ни посмотри, существа вроде них не заслуживают лучшего в загробном мире. А тому, кто там побывал, хоть и помнит слишком немногое, смутный минимум из звенящей тишины, холода и разрывающей сердце пустоты. Тому, кто это чувствовал, сейчас касания губ казались чем-то наземным.
[indent=2,0] Мысли о поедании вендиго Тары отошли на задний план и были похоронены далеко в глубинах подсознания. Всё то напряжение между ними будто обострилось и разлилось волнительным теплом по телу девушки. Койот внутри кричал не своим голосом, желая превратиться скорее в свою настоящую сущность, покинуть человеческое тело, такое слабое, такое податливое всем возможным чувственным впечатлениям. Но он не мог, потому что девушка медленно стала отвечать на поцелуй, чувствуя засохшую кровь на своих же губах, ощущая языком все трещинки губ Су Чже. При этом сознание уносило ощущения вне тела, и это невесомое состояние цеплялось за всё, будто пыталось задержаться ближе к земле, к лесу, к реальности, не уходить далеко за рамки настоящего. Всё казалось нереальным. Вот девушка слышит, как капает где-то вдалеке от них роса с тончайшего листа травинки в ручей. Слышит, как царапается в своём гнезде малыш-птенец, ведь обеспокоенные родители выглянули посмотреть, что так потревожило их сон, а это были всего лишь фары угнанного автомобиля Тары и Су Чже. Она ладонями ощущала сильные плечи вендиго, пальцами цеплялась за его одежду, удерживая себя рядом с ним, не желая отстраняться. Но проходит мгновение, и девушка представляет со стороны, как они могли выглядеть, она открывает глаза и прерывает поцелуй. Тут же хватается за его торс, сильно обнимая, вдыхая его запах глубже, прижимается щекой к щеке Пака. Должна ли она рассказать ему, что чувствует, нет, они сами понимают, что после того кошмара, в котором они побывали, практически в мясорубке, к сожалению, оказавшись как раз таки мясом на фарш, они начинают понимать друг друга лучше. Ведь часть боли вендиго теперь останется в памяти Тары, а перевоплощение её в альфу останется с ним. Но она хотела поделиться сокровенным, что для оборотня значило очень многое:
- Су Чже, ты стал моим якорем, - она говорила шепотом, боясь спугнуть любой его вздох, - ты заставляешь меня ощущать себя мной в истинной форме, - это было странно говорить, но продолжить она уже не могла, слова валились на землю, не желая собираться в предложения. И хотя Пак крепко держал девушку, но силы начинают покидать её снова. При этом она стоит, мужественно держится и продолжает говорить:
- Чувствовать в себе человека, не сходить с ума от сил койота, но, - всегда есть "но", такое, что обламывает любую речь. Любое предложение делая двусмысленным, двояким, будто совсем не то хотел сказать говорящий, а их игра со словами снова походила на ту, что была на мосту, оба говорили обходными путями, не упоминая главной сути, - но... Сходить с ума от чувств.
[indent=2,0] Может быть, девушка слышала эту фразу где-то в фильме, в пафосной сцене, и, не дай бог, они снова вспомнят цитаты из "Сумерек", однако, она хотела рассказать все о том, что думает, что чувствует, что значит для неё теперь этот мужчина. И, возможно, она пойдёт со своим якорем хоть на край света.
- Поедем куда угодно, я не хочу снова оказаться в клетке, - это было правдой, искренней, ведь для внутреннего койота это было настоящей пыткой. Она отошла от Су Чже, но всё ещё держась рукой за его плечо, - это хорошо, затеряемся в городе. Но мне надо будет сказать своей стае, - она сбилась на этом моменте, - своей бывшей стае, что меня не будет какое-то время. - осознание приходит позже, получается, что даже Тео теперь не её альфа. А она сама себе хозяин, но есть же и вендиго. Койот считает его за равного себе, и одновременно того, кто защищает и кого она обязана защищать. Сейчас девушка начинала в полной мере понимать ответственность за свои новые возможности и все последствия, что могли произойти... Однако она уже нарушила половину законов мира охотников, и если раньше она могла не волноваться, ведь за оборотнями, не убивавшими никого, охота велась лишь в некоторых местах, но в Америке теперь, не только в Бейкон Хиллс, действовало негласное правило: пока существо не представляет опасности, его не трогать. И пусть они и так жили под прицелом и тщательном наблюдением, но теперь, альфа-койот рядом с вендиго, это было адское сочетание. Они привлекли к себе слишком много внимания:
- Мы теперь должны быть осторожны, и затеряться - хорошая идея. Су Чже, как ты можешь представить, что альфы для охотников - лучшая добыча, - она начала свой рассказ, когда они уже садились в машину, а девушка правда чувствовала себя лучше, - омеги, как волки-одиночки попадают к ним в капканы проще остальных, ведь у них нет защиты стаи. Но больше всего они смотрят на тех, кто убивал. Поэтому мне правда нужно быть внимательной. И я хочу тебя защитить, - эта фраза могла прозвучать странно, и даже не от мимолетной и такой неловкой паузы между словами тебя и защитить, но в целом, это говорит хрупкая девушка взрослому мужчине. Не в их случае, они вообще выходят за все рамки, ломают правила и рушат стереотипы. Тара уже сама смогла пристегнуть ремень безопасности, сама устроилась в кресле, а когда Су Чже завёл мотор и положил руки на руль, то девушка успела перехватить их на полпути, останавливая его и сообщая:
- Спасибо, что спас мне жизнь.
[indent=2,0] Рейкен достаточно отдохнула, на время, но всё же, чтобы не дать уснуть или тупо отключиться, уставшему вендиго, она прекрасно понимала, что тот может долго оставаться в трезвом уме и памяти, но если, вероятно, хорошо поел. А с этим в дороге были проблемы. Девушка отвлекала его рассказом о том, что делала после их встречи так давно, на том повороте, судьбоносном? Сейчас казалось именно так, и в настоящий момент со всеми этими чувствами к нему, история казалась до упаду смешной, когда глупая девочка запрыгнула к мужчине в машину. А итог мог оказаться плачевным. Она вещала ему о том, как устала бежать со складов с перепутанными лямками рюкзака. Как позже выпила зелёного чаю чуть ли не литр за раз, думая, что он успокоит её также как человека. Как брат допытывался до неё, почему от Тары пахнет так странно и даже пугающе. Она отвлекалась на описание запахов эмоций. Говорила ему достаточно интимные вещи, что от Су Чже она чувствует запах немного терпкий, пьянящий, что та эмоция, что сопровождает Рейкен с момента поцелуя, имеет запах лаванды и сладостей, и свежепрожаренного мяса на углях. Сравнивать эмоции и чувства с едой - может быть, это теперь будет входить в их жизнь в качестве своеобразной традиции. Может быть, Тара ещё прокручивала в голове слова Су Чже о том, что он собирается её съесть. От этого сердце замирает, а дыхание сбивается.
[indent=2,0] Такие разговоры сопровождали их оставшуюся дорогу до нового города, позволяя забыть на время о всех заботах, о возможной погони, об угрозе от охотников, но об этом всём было необходимо знать, им нужно будет очень серьёзно поговорить и продумать план, и ещё Тару волновал вопрос о том, кто был тем человеком, что помог им.

0


Вы здесь » Teen Wolf: SOMNIA » NEVER SAY NEVER » Поворот не туда


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC