- Для философии я, признаться, туповат, - пожал плечами друид, - Это скорее безудержное словоблудие, которое загоняет меня и окружающих в депрессию, - честно сказал Оаклиф, - и это лишь доказывает ваши слова о том, что слишком много размышлений, наложенные друг на друга, могут изрядно всё испортить,- уж как могут испортить лишние мысли и слова жизнь, Альфред знал. Он был просто непревзойденным чемпионом в этом. Бармен никак не отреагировал на то, что англичанин откровенно пялился на него некоторое время. Ну и славно. Было бы очень неловко, если бы он воспринял это как грубость или дурацкий флирт. Начинать вечер, изначально рисовавшийся в голове Альфи взрывоопасно неловким, с чуть более легких конфузов не хотелось. Почему путь к семейному счастью для Оаклифа пролегал через такое минное поле агрессивного пятнистого окраса? Карма. Не иначе.
Отдай свой голос за Сомнию!
Игровое время: Май-Июнь

Добро пожаловать, в свой самый страшный кошмар!
Ты готов пройти все круги ада, чтобы побороть свой страх? Мы ждем тебя и надеемся, что ты все же не испугаешься Ужасных Докторов, которые способны пробраться в самые тайные места твоей души, и достать от туда то, чего ты боишься на самом деле. Готов проверить? Тогда регистрируйся!

Teen Wolf: SOMNIA

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Teen Wolf: SOMNIA » ON THE OTHER SIDE OF THE WORLD » [26.05.2014] Friendship Destruction Handbook


[26.05.2014] Friendship Destruction Handbook

Сообщений 1 страница 25 из 25

1

Friendship Destruction Handbook
/ Невероятно, ты умудрился испортить то, что уже испортил. /
- - - - - - - - - - - - - -
https://d.radikal.ru/d06/1810/8d/e811e6ff90e6.gif https://d.radikal.ru/d14/1810/9e/a29964780905.gif https://c.radikal.ru/c43/1810/55/8cb2e78b2df4.gif
- - - - - - - - - - - - - -
действующие лица: Newt Cramer, Alfred Oakleaf

приватность эпизода — open

сюжет

/ Ничего личного, просто работа. /
- - - - - - - - - - - - - -

• время •
вторая половина дня, понедельник – День:+34°, ясно | Вечер:+31°, ясно | Убывающая луна

• место •
школа Бейкон Хиллс, эзотерический магазин

+3

2

[indent=1,0] Несмотря на то, что в одиночестве новому Ньюту было хорошо, что-то всё равно неудержимо влекло его обратно в Бейкон Хиллс. И нет, это не… как её… Бренда, не семья, не чепуха этого плана. Одно давнее дело, которое следовало бы закрыть раз и навсегда, поставив кровавую точку. Юки Оне. Крамер знал, что она всё ещё преподаёт в школе. Понимание факта, что опасное существо, смертью которого можно упиться, разгуливает на свободе, жгло изнутри. Поэтому, покинув Новый Орлеан, охотник отправился в путь.
[indent=1,0]Больше он не ездил на машине, хотя несколько раз заходил в салоны Шевроле. Но в груди начинало разливаться непонятное чувство тоски, а глубинная натура настоящего Ньюта пыталась вырваться, так что Крамер просто купил себе байк. Сидеть за рулём двухколёсного монстра было не привычно, но неудобство скоро прошло, сменившись чистым восторгом от переполняемого адреналина.
[indent=1,0]И вот в старшую школу Бейкон Хиллс он попал после обеда. Припарковав мотоцикл, англичанин отправился на поиски своей цели, одновременно пытаясь не попадаться никому на глаза. Не хотелось, чтобы слухи о его возвращении так скоро разнеслись. Пусть он закончит дело, свалить обратно в столицу джаза, а потом сплетничайте, сколько хотите. И тогда ни у Престона, ни у Бренды не будет шанса найти его.
[indent=1,0]Аккуратно перемещаясь по пустым коридорам, Ньют подошёл к двери класса химии и чуть не распахнул её ударом с ноги, но вовремя заметил что-то в узком маленьком окошке. Остановившись и задержав дыхание, парень внимательно и безэмоционально отметил, что дорогую учительницу химии зажимает на столе никто иной, как его друг. Внутри даже ничего не отозвалось, будто все чувства и привязанности сгорели синим пламенем, а пепел давно уже рассеян по улицам Орлеана.
[indent=1,0]Чуть-чуть надавив на дверь, охотник попытался разобрать сбивчивые фразы. Парочка слишком сильно увлеклась, Оаклиф задрал юбку Онэ почти по пояс, усадив её на стол, и поглаживая бёдра. Крамера едва не стошнило. «Твою мать, она же кицунэ, демон! Ей больше трёхсот лет!». В перерывах между отчаянными поцелуями и переплетением конечностей, Ньюту удалось расслышать, как Альфи сказал что-то вроде «поехали ко мне». Охотник глубоко вздохнул, отступая от двери на шаг и доставая пистолет. Когда-то он считал школу белой зоной – никаких убийств, но не сейчас. Игры кицунэ зашли слишком далеко.
[indent=1,0]Однако свершение кровной вендетты прервал звонок, оглашающий конец урока. Парень отшатнулся от двери, и случайно увидел спину Салазар, выходящую из класса.
[indent=1,0]- Чёрт, - пряча пистолет за пояс джинсов, процедил охотник. Прикрывая лицо и стараясь не встречаться ни с кем взглядом, он быстро пересёк коридор, побежал к парковке и вскочил на байк. Несколько секунд, и о посетившем школу Ньюте можно было догадаться лишь по чёрным полосам, оставленным на асфальте.
[indent=1,0]Вечером того же дня, дверь в эзотерический магазин распахнулась. Колокольчик жалобно тренькнул, оповещая о посетителе, но Крамер даже не соизволил среагировать на этот раздражитель. Помещение пустовало, видимо, дела в последнее время шли не очень. Поигрывая ножом с серебряной окантовкой, парень подошёл к конторке продавца, которая в эту минуту пустовала.
[indent=1,0]- Кто-то может мне помочь? – громко спросил Крамер, с силой вонзая нож в старое дерево стола, и отбрасывая со лба порядком отросшие и спутанные волосы. Лезвие вошло вовнутрь буквально на два пальца, но осталось ровно стоять, лишь покачиваясь от остаточной вибрации приложенной силы. Торопливые шаги откуда-то из глубин магазина донесли, что Альфи уже спешит на пост, и охотник повернулся к источнику звука лицом.
[indent=1,0]Была немного интересна реакция Оаклифа. В последнее время Ньют не особо следил за своим внешним видом, из-за чего в некоторых магазинах его принимали за бездомного. Глубокие чёрные синяки под запавшими глазами, драная кожаная курточка, усеянная бурыми пятнами засохшей крови, жёлтая кожа лица, обтягивающая череп. Хороша картина?
[indent=1,0]Не дожидаясь, пока друид подойдёт, Крамер издевательски протянул:
[indent=1,0]- Простуда половых путей, мистер Оаклиф? Нужно быть осторожнее с отверстиями, куда тычешь членом. А то не ровен час не сможешь удовлетворить, и придётся ей отморозить твоё достоинство. Или вдруг прилипнешь, как к качели зимой. Будет неловко.
[indent=1,0]Достав зажигалку из кармана, Ньют задумчиво покрутил её в руках и почему-то зажёг свечу на продажу, стоящую на столе. Язычок пламени мгновенно взметнулся вверх, и пальцы Ньюта без опаски попытались его поймать. Зачем? Он не знал.

+6

3

У Альфи и Юки был настоящий медовый месяц. Немного странный как и сама парочка, но определенно бурный и горячий. Опять же как и сама парочка. Они помирились чуть больше месяца назад. Оаклиф наконец-то сказал ей те самые главные слова. И теперь они давались ему так легко. Ему хотелось всё время быть около кицунэ. Общую эйфорию друида нарушало одно маленькое костлявое белобрысое но, которого даже в городе не было.

Ньютон Крамер. Как много в этом имени. Как сильно он навредил двум бедным девочкам. Бренда и Бет вызвали в Альфреде доселе неведомые чувства. Он почему-то не мог отделаться от мысли, что будь они его дочерями (почему он вообще вдруг стал задумываться о детях?), он бы этому ублюдку голову оторвал. Почему Бренда не сказала ему раньше, что с Ньютом что-то не так? Про сирену он узнал только после того, как мелкий упырь рванул куда-то за черту города прямо из-под носа Салазар. Тем не менее, зная, что творит голос сирен с разумом, Альфи был готов ко всему. В том числе провести ритуал над сопротивляющимся охотником в случае необходимости. Не без помощи шокера, который ему любезно предоставила Бренда. Умница.

Но пока голову мужчины продолжало сносить от лисицы. Побывать наедине, с тех пор как она переехала к своим котикам, становилось всё сложнее. Поэтому он стал чаще захаживать в школу. Вот сегодня, задвинув осторожность, он усадил возлюбленную на стол в её кабинете, и, усиленно борясь с желанием сделать всё прямо поверх контрольных по химии, предложил поехать к нему. Но ему отказали, у Ю были дела дома. Зато она укусила его за мочку уха, подкосив тем самым ноги.

В общем, пришлось вернуться в магазин и занять себя хоть чем-то, чтобы не думать только о ножках Онэ в чулках, которые крепятся к кружевному поясу и... Расставлю-ка я всё в подсобке по алфавиту. Когда Оаклиф уже рассортировал всё, что можно, и подумал о том, что в этом помещении в самой глубине лавки никогда не было столько свободного места, он услышал знакомый голос. Как вовремя. Он посмотрел себе под ноги, прикидывая, можно ли начертить на полу круг нужной величины. Можно. Альфи закрыл глаза, глубоко вздохнув. Столкнуться лицом к лицу с ним , с тем, чем сейчас являлся Крамер, будет тяжело. Поэтому он насильно включил свою единственную защиту и вышел к Ньюту с вышколенной улыбкой на лице, делая вид, что он не заметил потрепанного состояния охотника. Шокер на этот случай был под прилавком. Осталось сделать так, чтобы Ньют подошел вплотную к друиду.

- И тебе привет, давно не виделись. В отпуске был? - дверь в подсобку находилась за прилавком, чуть сбоку, так что надо было потянуть время, чтобы плавно подойти к месту, где лежал шокер, - Выглядишь свежо, - он начал медленно двигаться к цели, а из старого дерева уже торчал нож. Отличное начало, - Причёску сменил? - он ещё немного продвинулся.

Следующие слова юноши, больше похожего на бомжа или наркомана, заставили улыбку Альфреда нервно дёрнуться. Как он узнал? Дверь в кабинет была приоткрыта? Тупой озабоченный ты дебил, Оаклиф. После его слов про Ю хотелось прямо сходу приложить его о прилавок. А, в нём же нож... Может воткнуться ему в глаз. Какая была бы жалость. Но как бы друид был рад.К сожалению, нельзя было поддаваться эмоциям прямо сейчас. Альфи прищурился и продолжил неспешное путешествие.

- Не буду спрашивать, в какие дыры ты тыкался всем собой, чтобы так выглядеть, - в глазах мужчины всё же сверкнула злоба, делая их цвет холоднее, - Не застужусь, не переживай, - он игнорировал все пошлые намёки в сторону Юки, не отвечая на выпады Крамера напрямую. Альфред не позволит себе говорить такое о той, с кем готов остаться навсегда.

Отредактировано Alfred Oakleaf (20.10.2018 10:18:58)

+6

4

[indent=1,0] Какой знакомый тон с ядовитыми нотками. Кажется, небо может рухнуть на землю, а Оаклиф только колко пошутит об этом. Охотник слабо улыбнулся, оставляя свечу в покое и прислоняясь к конторке. А Альфи почти не изменился. Конечно, прошли не года, но даже несколько недель способны повлиять на человека – доказательство прямо у друида перед носом. Наклонив голову, словно рассматривая что-то забавное, Ньют положил локти на стол, упираясь всем весом, и протянул:
[indent=1,0] - Очень результативном отпуске, если тебе интересно. А, - охотник манул рукой, - знаю, что не интересно. Были ведь дела поважнее.
[indent=1,0] Хмыкнув, Крамер с силой выдернул нож и начал перебрасывать его из руки в руку. Если бы ему хотелось навредить друиду, никаких разговоров и не начиналось бы. Пуля в лоб, и мы закончили. Но ведь, по сути, Оаклиф безвреден. Пусть и штормом занесло его в самую гущу событий… Но Ньют не смог найти доказательств того, что Альфи помогал оборотням. Или не старался. Пока.
[indent=1,0] - Ну, в отличии от тебя, шлифовка внешнего вида – это не главная моя цель в жизни, - «насколько хватит его вежливой улыбки?», - я ещё надеюсь не быть бесполезным, - на болезненном лице Ньюта расплылась гадкая улыбка. О да, он хорошо знал в какие точки бить. И ведь это – всего лишь разогрев.
[indent=1,0] Хмыкнув, охотник отлепился от стола, прохаживаясь взад-вперёд перед друидом. Его эмоции очень выдавали глаза, так было всегда. Когда Альфи злился, зрачки превращались в спичечные головки, а радужка насыщалась холодным льдистым цветом. Весьма символично, учитывая романтическую тягу к демону холода, верно? Слова о «отверстии» его всё же задели, на секунду резче очерчивая скулы, и Ньют вновь растянул губы в мёртвой улыбке.
[indent=1,0] - Какая разница? – безразлично пожал плечами парень. – Это, - оттянул он ворот, указывая на курточку, - вообще не важно. Мне больше интересно, когда у вас всё началось? Нет, ну правда, - почти искренне воскликнул Ньют, - я уехал из города, и ты бросился искать покровителя посильнее? Потрясающе. Не думал, что ты до такой степени ничтожество, - очень ровно резюмировал охотник, так же подбрасывая нож.
[indent=1,0] Да уж, выдержки у Альфи чуть больше, чем помнил Крамер. Или, быть может, не так он его хорошо знал, как думалось прежде. А вот это верная мысль. Где же богатые пожилые спутницы жизни? Мускулистые садовники и смазливые священники? Интересно. Немного задумавшись, охотник подошёл обратно к столу, положил на него нож и продолжил выводить когда-то-друга из состояния равновесия:
[indent=1,0] - До какой же степени нужно себя ненавидеть, чтобы замутить с барышней трёхсотлетней свежести? А она делилась с тобой подробностями своей профессии в Японии? Так сказать, сервис для VIP-посетителей храма? Хотя, о чём это я. Шлюха нашла шлюху, два сапога пора, ну и так далее по фольклору.
[indent=1,0] Внутри разливалось тёплое предчувствия адреналиновой вспышки. Крамер наговорил бы чего-угодно, соврал, преувеличил, обманул, вывалил все мерзости, лишь бы увидеть на лице Альфи настоящие эмоции, сорвать с кровью маску отстранённой вежливости. Ну же, давай. Неужели этого мало?
[indent=1,0] Не отрывая мёртвого взгляда от лица друида, охотник медленно потянулся к карману и швырнул на стол неаккуратную пачку денег, стянутую аптекарской резинкой.
[indent=1,0] - Я хочу купить у тебя информацию, - чуть тише, но так же спокойно сказал Ньют. – Повторим, так сказать, нашу первую встречу. Где Юки?
[indent=1,0] Охотника всё же немного шатало от слабости и недосыпа, поэтому он вернулся в исходящую позицию, облокачиваясь на стол. Слова в классе были весьма однозначны, кицунэ обязана быть здесь. Либо выйдет, услышав «диалог», либо… Ньют сам её найдёт. Друид замер напротив стола, и охотник вопросительно подняв брови, дожидаясь ответа на свой вопрос. Странно. Вздохнув, он схватил пачку со стола, без опасения протягивая её друиду:
[indent=1,0] - Ну что же ты? Разве не так мы обычно общаемся? Я плачу, а ты наступаешь себе на горло, сливая всё нужное и ненужное. Давай, Альфи. Будь хорошим мальчиком.

+6

5

Если бы голова Ньюта не была затуманена, то он бы точно почувствовал, как Альфи бьёт мелкая дрожь от накатывающего гнева. Ему пришлось заложить руки за спину, чтобы Крамер не заметил, как подрагивают пальцы. Улыбка оставалась всё такой же. Вежливой, приветливой, но невероятно искусственной. Это уже скорее паралич мышц лица от невероятно стиснутых челюстей друида.

- Чуть раньше, чем ты уехал, - мужчина сделал паузу, выравнивая дыхание, которое сбивалось вместе с самоконтролем, - Ньютон, - улыбка наконец-то спала, даже у такого лицемера, как Оаклиф, был свой предел, - Видимо до такой степени, - протянул Альфи, - Ты просто плохо меня знаешь. Ты думаешь, что я один в США, так далеко от семьи и возможных друзей, потому что очень хороший человек? -  друид прищурился и говорил очень медленно, ему нельзя было срываться.

Альфред намеревался довести дело до конца. Не отступать от плана. Если Крамеру суждено было погибнуть за всё то, что он сделал, то пусть он встретит это в светлом уме, осознавая содеянное. Пусть это случится от когтей Бет или её бабушки, от пули Салазар или от ледяного прикосновения Ю. А учитывая пыл её племянника, ей и касаться Ньютона не надо будет. Вот только Юки об этом разговоре не узнает никогда. Потому что тогда бы, она заморозила сердце Крамера не за себя, а за того, кого он только что назвал ничтожеством. Альфи никогда никому не желал смерти, но буква N, вырезанная на теле почти бездыханной Бетани, заставляла его задуматься даже о таких вещах. К тому же, в голове невольно всплывали слова Ньютона об Эстер, которой он не может гарантировать безопасность. Так он тогда обмолвился. Не смотря на то, что Ньютон когда-то казался ему почти другом, ненависть переполняла англичанина. Он же представлялся друиду просто мальчишкой, который не видел в своей жизни ничего кроме охоты, поэтому и вырос таким. Но никакой мудрости всего клана Оаклифов не хватит, чтобы погасить пожар в груди Альфреда.

- И ты, -он сглотнул, - Решил ещё раз обратиться за услугами к любимому мальчику по вызову? - как ни горько признавать, но в словах подростка было зерно правды, более точного определения Оаклифу, который вечно пытался усидеть на нескольких стульях, обманывая даже самых близких людей, дать было невозможно, - Ньютон, - Альфи хотел было попытаться достучаться до него, но на стол и правда упала пачка денег. 

Альфред пропустил вдох, уставившись на купюры. Такого издевательства он не ожидал даже от одержимого сиреной. Как ещё он планировал унизить друида? Убить Юки у него на глазах и посмотреть на реакцию? Он поднял озлобленный взгляд с денег на лицо охотника. Хорошим. Мальчиком. Только подойди ко мне. Нет. Ты должен завершить задуманное. Не ради себя.

- Оставь. На столе, - пустым голосом сказал мужчина, подходя к конторке и опуская на неё руку, прямо там, где на полке под столешницей лежал шокер, - Она наверху, - пройти к лестнице теперь можно было только, пройдя вплотную к Альфреду. Вряд ли одержимый задумается о том, как легко Альфи выдал ему кицунэ, вряд ли удержится от того, чтобы рвануть наверх, задевая мужчину у прилавка. Всё шло по плану. Кроме того, что... Слова, которые вырвались из Ньюта  - это результат голоса сирены, но вот только они не берутся из воздуха. Это всё было в голове подростка изначально.

Отредактировано Alfred Oakleaf (23.10.2018 16:27:51)

+6

6

[indent=1,0] Как это странно. Альфи отвечал обрывочными фразами, словно пытался изо всех сил сдержать нечто рвущееся изнутри. Дикость какая. Сегодняшнему Крамеру было весьма знакомо чувство свободы от этих надуманных рамок, да и зря он что ли методично выводил друида из себя? Ох, это даже обидно. По венам медленно разливалось удовольствие от деструктивности своих слов, пусть большая часть и была наглой ложью. Но сейчас это неважно. Чудовище медленно поднимало голову, трубя всеми глотками, жаждало разрушения, уничтожения, испепеления всех мостов, связывающих старого Ньюта со своим прошлым.
[indent=1,0]Напротив Оаклифа стоял концентрат дикого гнева и ярости. Стоило огромных трудов сдерживать себя, чтобы не схватить друида за волосы и не приложить лбом о твёрдый стол. Чтобы под рукой смялись кости черепа, разбрызгивая серое вещество по глянцевому паркету. Чтобы холодные серые глаза запомнили именно Ньюта перед тем, как взорваться от давления.
[indent=1,0]И этот монстр в грудной клетке рвал внутренности, выворачивал белые рёбра, требуя освобождения и крови.
[indent=1,0]А Крамер стоял недвижимо, пренебрежительно протягивая деньги человеку, которому когда-то первому рассказал о своих страхах. Стоял и упивался его холодом, разочарованием и презрением.
[indent=1,0]- Я не знаю, Альфред, - копируя речь друида, протянул охотник. – А может, тебя выгнали? Не сумел без запинок прочитать заклинание или смешал травку, которая вызвала недержание у всего клана?
[indent=1,0]Забавно. Он повторяет имя Крамера, словно хочет разбудить его этим. Поздно. Страдавший и доселе некой раздвоенностью характера, Ньют задумчиво покачал головой. «Это не поможет, Альфи, совсем». Сколько же нужно ещё всего поломать, чтобы окружавшие люди поняли, что теперь общаются с иным человеком? Не то что иным – новым.
[indent=1,0]И вот оно, ожидаемый всплеск как взрыв нейтронной звезды. Да, финальный аккорд с долларами был хорош. Пожалуй, теперь можно считать, что Оаклиф не просто получил моральную пощечину, а был грубо нагнут и оттрахан прямо на своём столе. Такое не прощается. Может, слова Крамера наконец оттолкнут его настолько, чтобы не пытаться вернуть старую личность? Кровь отхлынула от лица друида, превращая в гипсовый слепок, и лишь глаза оставались живыми, пронзая дистиллированной ненавистью. О-о-очень хорошо.
[indent=1,0]- Один мой знакомым всегда вызывает одну и ту же проститутку. Ну знаешь, - деланно безразлично пожал плечами охотник, - чтобы не подхватить чего лишнего. Полагаю, у нас подобные отношения. Хотя, - парень театрально закатил глаза, разводя руками, - не думаю, как я могу быть уверенным в том, что демонша не привезла тебе ничего в подарок из Японии.
[indent=1,0]И только Альфи произнёс заветные слова, Ньюта едва не бросило вперёд. Ладонь машинально схватила нож со стола, намереваясь плавным взмахом вспороть его от пупка до горла, и охотнику пришлось цепко схватиться за столешницу, разделявшую когда-то-друзей. Не стоит. Он может быть полезным. Пришлось заставить себя вспомнить собственные мысли пятиминутной давности. Оаклиф же безвреден. Медленно разжав кисть, Крамер вернул нож на стол и двумя пальцами потушил свечу, которую зажёг в самом начале разговора.
[indent=1,0]- Я так и думал, - с затаённым превосходством произнёс охотник, брезгливо отбрасывая пачку денег. Чудовище торжествующе взревело, и на лице Ньюта впервые промелькнуло нечто похожее на человеческие эмоции. – А сколько тебе заплатить, чтобы ты стал на колени и отсосал?
[indent=1,0]Не дожидаясь ответа от Оаклифа, Крамер хмыкнул, доставая пистолет из кармана и быстро обошёл стол, приближаясь вплотную. В висках со страшной силой долбился адреналин, обостряя все чувства. Вот оно, вот оно. Сегодня он поставит точку в многолетней гонке за Юки. И плевать на одобрение семьи и прочую чепуху. Это делается лишь потому, что когда глаза существа закрываются, а из груди вырывается последний вздох – это лучше оргазма. Кровь густеет, пылающий разум остывает, давая передышку, и Ньют чувствует… счастье?
[indent=1,0]И только у двери, ведущей наверх, он понял, что потерял бдительность, слишком увлёкшись предвкушением удовольствия от убийства. На шею легла холодная рука, и в тот же момент тело пронзил разряд, выбивая почву из-под ног. Сердечная мышца протестующе сжалась, не давая вдохнуть, каждый нейрон в организме завопил со страшной силой, и, кулем валясь на пол, Ньют догадался, что друид воспользовался шокером, предназначенным для оборотней.

+6

7

Последнюю фразу Ньюта Альфи проигнорировал, но стоило подростку оказаться рядом с ним, как рука друида легла на загривок подростка, не давая тому далеко уйти, а к тонкой шее прикоснулся шокер. Тело Крамера упало на пол как мешок, полный мусора и разочарования. Альфред подумал, что возможно стоило направить заряд тока прямо по позвоночнику охотника, чтобы тот и вовсе вряд ли встал, но  друиды, эти безобидные и бесполезные лесные ребята, так не делают, верно?

- На отсосать у тебя денег, боюсь, не хватит, - Оаклиф перешагнул тело Ньюта, подошёл к входной двери и запер её, - Никогда не думал, что голос сирены заставляет деградировать до таких шуточек, - он вернулся и подтащил подростка за прилавок, а то только случайного прохожего, решившего заглянуть в окно и увидевшего это, не хватало.

Дальнейшие действия напоминали начало странного фильма для взрослых.Британец постарше связал британца помладше. Длинные ноги подростка теперь вряд ли легко унесут его из подсобки, а своими тоненькими ручонками, которые теперь были накрепко перетянуты верёвкой за его спиной, он уже не подтянется к ножу или пистолету. Альфред бы конечно перенёс его в помещение за прилавком на руках, но многовато чести, так что он приволочил его по полу. Теперь Ньютон лежал в центре комнаты, уставленной стеллажами со всяким упорядоченным хламом. Альфи достал с самой нижней полки запечатанную коробку, в которой уже давно лежало всё на случай экстренного ритуала от самого ненадежного наследника древнего клана, которого можно найти.

Для начала нужно было очистить так называемое сакральное пространство (комната наполнилась запахом горящей полыни), чтобы силы Неметона могли циркулировать вокруг отвратительной тушки охотника, затем начертить вокруг него нечто вроде пентаграммы, зажечь свечи (ведь именно воск когда-то спас Одиссея от сирен), ну а дальше надо было без запинок прочитать нужные фразы на латыни. И всё бы было очень просто, если бы это можно было сделать над тихим Крамером, который валяется без сознания. Вот только ритуал требовал того, чтобы голос сирены выходил, так сказать, естественным путём. Через рот (никаких кляпов, господа фетишисты). Звучит неприятно, а на слух , наверняка,ещё хуже. Ньютона надо было разбудить, а уже потом дорисовать нужные символы на полу мелом. Круг должен замкнуться уже после того, как одержимый будет в сознании.

Альфи наклонился над Ньютоном и ударил того по щеке. Слово "пощечина" было бы слишком нежным для силы удара. Каким бы Альфред не был скользким пацифистом, но ещё он был взрослым мужчиной, способным дать в морду. Он подумал, что одной пощечины не хватит, хотя Крамер явно начал очухиваться, так что ударил ещё один профилактический раз. Пока Ньют осознавал, что стал частью веселого предприятия с изгнанием духов,  Оаклиф дочертил последний знак, отряхнул руки и подошёл к полке, на которой стояла банка с пеплом рябины.

- Отвечая на твой вопрос подробнее, - он не хотел заводить разговор, но кем бы он был, если бы не ответил охотнику на всё, сказанное раннее, к тому же гнев не смог выйти полностью после пары ударов по лицу Ньюти, - Началось у нас всё пятнадцать лет назад.Чуть раньше твоего отъезда, приезда и всего остального, - Альфред меланхолично насыпал ещё один круг, но уже из пепла, создавая лишний барьер, который никогда не помешает, - А твой ненаглядный дед даже не заметил, как она на три года осела в одном месте лет шесть назад? В Эдинбурге. Поразительно. Вы там что? В глаза друг друга долбите? А ты волновался, что кто-то узнает, что тебе мальчики нравятся. Не думал, что охотники настолько невнимательные, - поток яда, так усиленно сдерживаемый до этого, нашёл свой выход. Как и всегда.

+6

8

[indent=1,0] Старый дом, стоявший на отшибе, практически разваливается. Мрачно усмехаясь, Ньют толкает видавшую виды створку и заходит в середину, цепко осматривая помещение. Лунный свет окрашивает предметы в страстно насыщенный цвет индиго, вычерчивая резкие тени, и мир вокруг окунается в бокал с жидкостью цвета циана.
[indent=1,0] Ирреальное ощущение двухтонного пространства прерывают чьи-то тихие шаги. Охотник не спешит разворачиваться, подойдя к выцветшей фотографии на стене и изучая застывшие на бумаге лица. Спокойно, без презрения или злости, лишь с чистым любопытством.
[indent=1,0] - Знаешь, кто я? – задумчиво спрашивает Крамер, всё так же стоя спиной к вошедшему. В пыльной тишине дома нарастает сдерживаемое рычание, а на отстранённом лице Ньюта слабо проявляется улыбка. Она знает. Она пришла убить его.
[indent=1,0] Крамер на двигается, расслабленно сложив руки на груди. Торопиться некуда. Как приятно, что всё произойдёт без свидетелей. Это семейное дело, уходящее корнями далеко в прошлое.
[indent=1,0] - Эмили? – почти нежно произносит Ньют, углубляясь дальше в изучение лиц её родителей. Престон убил Блэквудов. Без жалости и пощады. А наследник обязан окончить дело.
[indent=1,0] И лишь когда нож в руке Ньюта окрасится ярко-алой кровь оборотня, он оттолкнёт мёртвое тело с распахнутыми глазами, почувствовав уже знакомое удовлетворение. Боль в висках на минуту отступит, даруя награду за совершённое, и охотник выдохнет, выходя из дома.
[indent=1,0] А затем лунный сумрак разбавит осторожный свет. Всё быстрее и быстрее. Старый дом загорается словно сухая бумага, пламя интимно обнимает стены, вдавливая в себя дерево. Ньют спокойно сотрёт кровь из фамильного ножа полой курточки и уйдёт. Один долг закрыт.

[indent=1,0] Холодную щеку обожгло неожиданным ударом, и Ньют что-то сдавленно прохрипел, возвращаясь в эту реальность. Привычная мигрень вгрызлась в мозг с новой силой, и парень чуть не выблевал внутренности на пол, с силой стиснув зубы. Второй удар был серьёзнее, возвращая щёлкнувшую челюсть на место, и Крамер открыл глаза, мутными глазами пытаясь найти друида.
[indent=1,0] - Неожиданно, Оаклиф, - сдавленно сказал охотник, упираясь затылком в холодный пол. В уши ввинчивались звуковые помехи, мешая собрать паззл из собственных мыслей. По телу змейками разбегались судороги, как остаточное явление от удара шокером, а сердце билось больно и рвано, пытаясь выровнять ритм. – Даже связал, потрясающе. Так и знал, что в глубине своей дешёвой души ты хочешь попробовать быть сверху. Ведь вряд ли демонша, годящаяся тебе в бабушки, позволяет такое, - слова ядом стекали с языка, и казалось, пол расплавится от концентрированной вербальной кислоты.
[indent=1,0] Когда неофит принимает уклад и правила охоты, он проходит посвящение. Да, новоиспечённого похищают и связывают, оставляя минимальные средства для освобождения. В принципе, владей Крамер адекватно своим состоянием, можно было попробовать освободиться, но мышцы напрочь игнорировали посылаемые мозгом сигналы, отказываясь способствовать избавлению от верёвок. Скосив глаза, Ньют понял, что бессмысленно валяется в кругу каких-то символов, а в воздухе явственно ощущается запах жжёных трав. Чудовище внутри оскалилось, заметалось; на Крамера накатила паника, не позволяя полноценно вдохнуть. Альвеолы сжались, ощетинились иглами, пробивая тонкую мембрану лёгких. «Держись, просто держись», - донеслось эхом откуда-то, и блондин крепко сжал зубы, чувствуя, как крошится эмаль.
[indent=1,0] - Ты думаешь, он не знал? - попытался агрессивно защитить родственника парень, параллельно пытаясь прогнать головокружение и тошноту. – Кстати, привет от Саймона, - прикрывая веки, улыбнулся Крамер. Пульс толкал кровь в безумном ритме, обесцветив и без того бледное лицо англичанина. О, Альфи зол, как же зол. Его держит лишь британская воспитанность и, возможно, рваные клочья воспоминаний о якобы нормальном отношении к Ньютону. Сука, как больно. – Престон общался с ним… в довольно приватной обстановке.
[indent=1,0] Губы растянула мерзкая усмешка; о, да, додумай так, как тебе угодно. Как много вариантов: друг лёг под старого мужика; продал Оаклифа за несколько купюр; просто хотел насолить. Выбирай. Молодой охотник усилием воли заставил себя медленно вдохнуть пахнущий  терпкой полынью воздух – надо собраться, всё стоит под ударом. Грёбанный шокер – человек, который вручил его друиду, явно заслуживает максимально медленной смерти и последующего надругательства над трупом. Скоординировавшись, Ньют всё же сумел подняться, опёршись коленом в ебуче чистый пол.
[indent=1,0] - Даже не ожидал от тебя ничего другого, - пошатываясь на дрожащих ногах, сказал охотник. Немного зудела челюсть, но в сравнении с остаточной реакцией тела на электрический ток – такая мелочь. – Что, разве тебе многого надо? Похвали пару раз, скажи, что выглядишь младше свои лет… Боги, как же легко ты повёлся на такую чушь, - удерживая потемневший взгляд друида, покачал головой охотник. – Заброшенный и недолюбленный ребёнок, который ищет защиту. Честное слово, порой мне кажется, что я старше тебя, - парень осторожно сделал шаг в сторону Альфи и круга из чёрного пепла. Нутро жгло и вопило; давай, выверни всю накопленную грязь; раздави как ёлочную игрушку под рифлёной подошвой. Пусть остатки самообладания осыпаются тонким острым стеклом. Вонзи их мне в глаза. Отвечай. Сражайся. Борись.
[indent=1,0] Внутренний монстр осторожно сделал ещё шаг.
[indent=1,0] - Альфред, - имя врывается в диалог смерчем. Как много в этом тоне. Заинтересованность, разочарование, вызов, восхищение, агрессия и эмоциональный штиль одновременно. Глупо отрицать, что в своё время Альфи не зацепил Ньюта; глупо, бессмысленно и не логично. Но сейчас, стоя со связанными руками и ногами, впиваясь пиявкой в глаза странного цвета, Ньют был готов молиться о том, чтобы друид просто застрелил его.

+6

9

- Знаешь, Ньют, если тебя так сильно интересует моя интимная жизнь, - Альфи достал из коробки бумажку, на которую был выписан ритуал,-  то спешу тебя заверить, у нас всё очень гармонично. Никаких принудительных "снизу" или "сверху".

Когда Альфред учился в школе, он славился умением изготавливать компактные, но очень разборчивые шпаргалки. Это умение пригодилось молодому друиду в очень неожиданном свете. Решение исчезнуть из дома незаметно не подразумевало под собой возможность унести книги из домашней библиотеки. Но мысль о том, что знания из них могу пригодиться, заставила Оаклифа выписать вручную самые нужные и полезные сведения в пару простых толстых тетрадей. Спасибо мелкому почерку, уместилось многое. Таким образом на руках у Альфреда сейчас и был проверенный поколениями способ избавиться от голоса сирены в чужой голове. Оаклиф приготовился читать заветные слова, но сбился, не успев начать.

-Саймон? -как будто уточнил он, - Саймон, - друид повторил имя друга задумчивее. Воспоминания хлынули неразборчивым потоком. Вместе со злостью.

Пайн, серьёзно? Когда он успел, когда мы всё ещё были вместе с Ю? Или позже. Если позже, то зачем эта информация Престону, а если раньше, то почему они не нагрянули к нам. Он ненавидит меня, а не Юки. Как много не сходится... Альфред прищурился. Он смерил Крамера взглядом. Чудовище почувствовало опасность и билось изо всех сил.

- Он этого не делал, верно?
- уверенно сказал Оаклиф, - Ты просто слишком мало о нём знаешь. Это я был в нашей компании хмырем, который мог бы так поступить, - сирена-таки задела его душу, но не так,  как планировала, - Он относился к Юки слишком искренне и хорошо, чтобы сдать Престону. Пойми, он ненавидит меня, а не её. А ещё он не падок на интимные обстановки с мужчинами.

Чудовище в теле парня тем временем смогло воспрять духом и поднять владельца на ноги. Альфред напрягся. Если оно успеет сообразить, что круг всё ещё можно разрушить, то всей затее конец. Он выдохнул, абстрагируясь от следующего выпада Ньютона. Слова подростка он услышал, но вместо ответа прочитал первые строчки на латыни, которые запирали одержимого внутри нарисованных символов, чтобы обезопасить окружающих. Свечи погасли. Через пару секунд они зажглись снова. Ловушка захлопнулась.

- Ньютон, - теперь можно было отвечать сколько угодно, - А ты у нас кто? Любимый внук? Или мальчик без личности, из которого Престон усиленно лепит второго себя? Тогда неудивительно, что ты чувствуешь себя мужиком постарше, - Альфи улыбнулся, - Скажи, не думать своей головой легко? Или иногда возникают сомнения? Вижу, голоса, которые указывают тебе, как поступать... - он посмотрел куда-то в потолок, - это твоё состояние по жизни. Понятно, почему ты так мной интересуешься. Я же такой бунтраский потерянный ребёнок, - друид сложил руки на груди, - Смотри-ка, про Саймона где-то раскопал, пытаешься угадать "сверху" я или "снизу", небось ещё многое про меня узнал в своих фанатичных поисках. Кстати, а в твоих мокрых фантазиях я где? - он приподнял бровь, - Прости, но всё само наводит на мысли о том, что у тебя валяется альбом с моими фото, у которого уже все странички слиплись от  твоего усердия одинокими вечерами после очередной муштры от деда. Надеюсь, ты раздобыл те, где мне лет так двадцать. Трудно в это поверить, но тогда я выглядел чуть эффектнее, чем сейчас.

Не смотря на шутливый тон, Альфи еле сдерживался, чтобы не подойти к охотнику. Хотелось проехаться по нему не словами. Но не зря же он испачкал пол в пепле и надписях? Тем более, что ритуал был начат. Пути назад уже нет.

Отредактировано Alfred Oakleaf (03.11.2018 00:30:05)

+6

10

[indent=1,0] Ох, какая яркая реакция на имя старого знакомого. Ньют на секунду даже забыл, что нужно разрушить круг пока не поздно, впитывая, как губка вспыхнувшие эмоции друида. Конечно, он не всё раскопал, это блеф чистой воды, однако… Интересно, чем всё-таки они промышляли в Эдинбурге, почему столько чистой веры Саймона?
[indent=1,0]- Плохо знаешь моего деда, - криво улыбнулся охотник. Хотелось сложить руки на груди, но верёвки на запястьях помешали театральному жесту. – Не мытьём, так катанием, знаешь ли.
[indent=1,0]Как интересно-о-о-о… Столько новой информации к осмыслению. И про компанию, и про отношение к ледяной демонше. Механизмы в воспалённом мозгу закрутились, раскладывая на полочки данные. Это обязательно надо запомнить, а позже прояснить досконально.
[indent=1,0]Охотник глубоко вздохнул, но сразу чихнул от острого запаха терпкой полыни. Альфи тем временем внимательно изучал небольшой клочок бумаги. Неужели там заклинание? Чёрт побери. Крамер едва не зарычал, попытавшись сделать шаг вперёд, но его небрежно отбросило обратно в центр круга из таинственных символов. Не было никаких вспышек, огня или боли – просто Ньюта наглухо закрыло на площади квадратного метра. Отбросив кивком головы волосы с глаз, охотник презрительно процедил:
[indent=1,0]- Чего ты добиваешься? Думаешь, сможешь что-то изменить? Слишком высокого мнения о своей персоне.
[indent=1,0]А на самом деле чудовище внутри заметалось, чувствуя западню. Свечи сами погасли и воспламенились с прежней силой, поджигая внутреннее чувство паники. Ньют почувствовал, как на шее трёхглавого монстра будто упали кандалы, прижимая к земле и не давая возможности двигаться. Ничего-ничего. Уже сказано и сделано многое. Осталось лишь красиво завершить пьесу. Но следующие слова друида произвели эффект взорвавшегося динамита. Чудовище негодующе взревело, заставив снова броситься на магическую стену, но и во второй раз это не принесло результата, а охотника откинуло назад с гораздо большей силой. Связанные конечности не помогли удержать равновесие, и Ньютон упал на спину, снова впечатавшись затылком в холодный пол.
[indent=1,0]И только на чувстве упрямства он опять встал, сверля Оаклифа недобрым взглядом, в котором читалось желание вырвать друиду кадык зубами.
[indent=1,0]- А, может, ты придаёшь своей личности слишком большое значение. Сложно поверить, но мои мысли не вращаются вокруг тебя, Альфред, как бы тебе не хотелось иного, - сузив взгляд, прошипел Ньют. – И кто ты такой, чтобы анализовать меня и мою жизнь? Фальшивый друг, удерживающий опасных гончих на жесткой корде? Печальная шлюха, продающая отсутствующие идеалы за монеты? Ты не лучше меня, Оаклиф, - и снова тёмная нефть растекалась по венам, вырываясь оскорблениями. В висках, выламывая кости черепа, колотилась с рыком мигрень.
[indent=1,0]Дрожащее пламя свечей резко очерчивало строгое выражение лица друида, а Ньют внутренне упивался его словами, накачиваясь чужой злостью, как вампир. Аверс и реверс. По разные стороны баррикад. Когда-то был шанс создать подобие доверия между этими двумя, но манящий чужой голос приложил все усилия не только спалив мосты, а и развеяв их прах по чистым полам магазина.
[indent=1,0]- Ты сам себя слышишь? – громко и исступлённо рассмеялся охотник, отбрасывая голову назад. – Интересуют мои мокрые фантазии? Сотри круг, и я покажу тебе, в какие сферы распространяется моя фантазия. Правда, тебе придётся наблюдать это бесплотным духом, поскольку моего ангельского терпения больше не хватит, чтобы сохранить твою никчёмную жизнь, - холодно улыбнулся охотник. – Пожалуй, я сначала убью Юки. Затем Эстер. Потом Саймона. И лишь после того, как ты их всех похоронишь, - спокойно и мертво рассуждал парень, - приду за тобой.
[indent=1,0]Крамер, вопреки своему отстранённому тону, нервно прохаживался в клетке, неотрывно следя за Альфи. Слова о убийстве друзей друида дались легко, словно охотник уже строил планы по их свершению. Жаль, что в прошлый раз он не добил Руж. Тогда бы Оаклиф, шарахнув его током, просто отрубил бы Ньюту голову, и эта свистопляска была закончена.
[indent=1,0]- Или мы можем договорится, - Крамер остановился, мрачно взирая на друида. – Сотри круг, и я исчезну из города. Развлекайтесь своей тусовкой, сколько угодно. Ну же, Альфи. С тобой ведь всегда можно было договориться. Или снова вопрос лишь в цене?

+5

11

Чудовище, загнанное в ловушку, металось из стороны в сторону, пытаясь задеть друида. В ход шло всё. Поняв, что манёвр с Саймоном не возымел успеха, оно всё равно продолжало развивать тему. Вот только Альфи знал, что никаких контактов с Перстоном у его долбанутого товарища- шотландца не было. Поэтому, когда существо решило подкрепить слово действием и эффектно выпрыгнуть из круга, Альфи не смог сдержать победного смеха о того, как беспомощно Крамер упал на пол.

- Ну как видишь, добился я уже чуть большего, чем ты от меня ожидал, - Альфред продолжал улыбаться, - ты не ушибся, крошка? А то ещё переломаешь свои тоненькие конечности, - он получал странное почти садистское удовольствие от происходящего.

Он улыбнулся ещё шире, поймав полный животной ненависти взгляд Ньютона. Только радость на лице друида быстро погасла, когда ему напомнили о том, каким человеком он являлся. Больно признавать, но слова Крамера били просто в самое, мать его, яблочко. Выражение лица Оаклифа должно быть очень драматично смотрелось в отблесках пламени свечей. Другом он и правда был дрянным. Да, и что уж там, этот англичанин - та ещё шлюха. И даже не в том смысле, который явно вкладывал охотник. Постоянные измены в тот первый год с Ю, а что было после их разрыва... Наверное, он прошёл мимо своего истинного призвания. Альфи засунул руки в карманы, смяв бумажку с первыми словами ритуала, и слегка сгорбился, словно под весом откровенной правдивости голоса сирены.

- Я уверен, что твои мысли вращаются около многих, но не получаешь ты ничего, -ощетинился мужчина, - Поэтому даже такому фальшивому другу, как я, был очень рад. Не так ли? Может я и печальная шлюха, но выживаю не за счёт жизней других, так что подумай ещё раз, кто из нас хуже.

Ньютон лишь рассмеялся в ответ на выпад Альфреда. Оаклиф слушал его следующую фразу, затаив дыхание. Он понимал, что это очередная попытка вывести его из себя настолько, чтобы он подошёл к охотнику. Подошёл, сделав брешь в рябине и стерев ногой пару символов, которые сдерживают зверя. Ему понадобилось некоторое время, чтобы переварить информацию, нервно сжав челюсть.

- Знаешь,
- он говорил очень спокойно и медленно, - Я бы сказал, что на попытке убить Юки твоя карьера охотника и закончилась бы, - он приподнял бровь, - и не только карьера. Но она не такая, - он развёл руками, - твоему скудному умишке будет тяжело это осознать, но она не демон и не жаждет человеческой крови. В отличие от вас, Крамеры. И живы вы только благодаря этому факту, - Эстер вот ты и так почти добил - Иначе, весь ваш штаб давно бы был единой ледяной глыбой. Люди причиняли ей боль веками. К счастью, ей хватает мудрости не мстить всем подряд, - и даже полюбить одного, но говорить тебе об этом сейчас бесполезно. Поговорим после ритуала, Ньютон. Не только поговорим, - Но ты упорно задеваешь её близких. А на что скоро будет способна Руж. Она ещё не столь мудра и выдержана. Ньют, да ты почти труп. Поздравляю, - он вздохнул, - Договориться? Сначала ты угрожаешь мне смертью близких, а потом думаешь, что я захочу договориться? - Альфи сделал вид, что призадумался, - Но если бонусом ты мне предложишь отсос, то тогда я рассмотрю твоё предложение, - друид покачал головой, - Не. Я передумал. У тебя опыта наверняка маловато, чтобы меня заинтересовать. Или нет? Удиви меня. На скольких коллегах-охотниках успел попрактиковаться? - он снова подошёл к коробке и выудил оттуда ещё один лист бумаги - основную часть обряда.

Британец начал читать заклинание про себя, чтобы убедиться в том, что всё написано разборчиво и, читая это вслух, он не собьётся. Надо закругляться с этим цирком с взаимными оскорблениями. Желание поговорить с Ньютом, когда тот придёт в себя, усиливалось с каждой каплей того, что выжимает из его разума сирена. Он произнёс первую строчку.

Отредактировано Alfred Oakleaf (06.11.2018 19:45:41)

+5

12

[indent=1,0] Ярость разливалась в воздухе липкой грязью, беспомощно отхлынув от границы ритуального круга. Ньют пока стоял ровно в центре нарисованных символов, но вспенившаяся злость выкручивала запястья, разбухала в грудной клетке чёрной дырой, и, казалось, рёбра трещат от напора. Дыхание сбилось; запах полыни уже жёг лёгкие подобно кислотным испарениям; кислорода не хватало, и Крамера качнуло в сторону из-за головокружения.
[indent=1,0]- Если удар в спину шокером считать достижением, - ухмыльнулся Ньют, - то становятся ясны причины твоих заниженных требований. Не волнуйся, котик, - копируя издевательскую манеру речи друида, сказал парень, - сломать я могу разве что твой безвольный подбородок. Но чуть позже. Чтобы убедить в качестве… ам… - поднял глаза к потолку охотник, вспоминая фразу, - …тоненьких конечностей.
[indent=1,0]Весело перекидываться словесными пощёчинами. Широкая улыбка Альфи очень контрастировала с цельным льдом глаз, но англичанину помладше было всё сложнее и сложнее сосредоточиться на чём-то, будь то хоть выражение лица друида, хоть его слова. Выпад по поводу друзей был явно слабоват, по сравнению с предыдущим, и Крамер снова громко рассмеялся, упиваясь разозлённым состоянием друида.
[indent=1,0]- Боги, Оаклиф, да на самом деле? Ты веришь, что я считал тебя другом? Ты серьёзно? – сквозь слёзы от смеха хрипло спросил Ньют. – Да я тебя использовал! Всё это время! Нужен жёлтый аконит – конечно, Ньюти! Снять стресс вербальными перестрелками – я весь твой, бери меня, - весело передразнил Альфи Крамер. – Разве что ноги не расставлял. Но не сомневаюсь, что и тут вопрос лишь в цене.
[indent=1,0]Кипение крови в венах достигло критической отметки. Так же пытаясь вдохнуть, но не выдать своего состояния, охотник подошёл к самому краю круга – теперь их с Альфи разделяло критически малое расстояние. Пергаментная кожа на лице натянулась ещё больше, а неверный свет пламени свечей бросал странную тень, будто с друидом разговаривает ходячий скелет.
[indent=1,0]- Я просто в ужасе, - насмешливо протянул Ньют. – Как интересно запел. Обожаю твои двойные стандарты. Люди причиняли боль веками… А сколько веков ИХ племя причиняло страдания людям? Сколько полегло человек, даже не подозревающих о существовании кицунэ? Не думал, верно? – слова давались всё тяжелее, выдавливаясь из глотки острыми осколками, царапающими губы. – Это вопрос времени, Альфи, - с затаённым предвкушением сказал охотник, - когда одна из твоих блядей сойдёт с ума. Да-да, Руж, или как её там, тоже в списке. И на сколько же стульев ещё хватит твоей жопы, чтобы попытаться усесться на все сразу, м? – вопросительно поднял бровь Крамер. – Ну убьют меня. Заморозят штаб. Дальше что? На этом всё не закончится. И моего «скудного умишки» хватает, чтобы это понять. Ведь, к счастью, я думаю не нижней головой, как некоторые.
[indent=1,0]При словах о практике на коллегах-охотниках, Ньюта едва не перекосило. Если весь вечер он пытался почти наугад бить в болевые точки Оаклифа, то друид одной фразой напомнил, что когда-то Крамер сам сдал информацию о некоторых неудобных и задевающих гордость моментах его жизни. На глаза слепо упала бурая пелена гнева, и охотник с рычанием ударил плечом стену круга. В этот раз удалось устоять на ногах, хотя и защита Альфи негодующе завибрировала, мощной силой выкручивая суставы охотнику.
[indent=1,0]- Сука, - выдохнул Ньют, хватая открытым ртом воздух. – Делай, что хочешь, Оаклиф. Но когда выйду отсюда - а я выйду - мы поймаем твоих лис. И на демонов управа найдётся, не сомневайся. Про Дом Айкена слышал? Поймаем и пустим по кругу. А ты будешь смотреть, - раздельно и почти спокойно сказал охотник. Сердце билось так быстро, что уже трения нефти о вены хватало для возгорания изнутри. Дальнейший поток угроз прервали первые слова ритуала, молотом упавшие на плечи Ньюта. Каждый нейрон в мозге завопил от чудовищной боли, и охотник упал на колени, крепко сжимая веки, пытаясь уйти от разрывающих череп слов, убежать, закрыться, отстраниться. Но латынь раскалённым сверлом ввинчивалась в уши, силой вырывая сдавленный стон. Ньют почувствовал на шее что-то горячее, и, скосив глаза, увидел, как по плечу стекают капли непривычно тёмной крови, почти сливаясь с убитой в хлам курткой. Правое ухо заложила пульсирующая жижа, и Крамеру показалось, что он находится под водой, учитывая практически полную неспособность вдохнуть.

+5

13

Во время чтения заветной латыни, Альфи не отвлекался на охотника. Когда он поднял глаза, чудовище в круге уже ощутило воздействие. В описании ритуала было про это. Крамеру сейчас казалось, что он тонет. Интересный эффект. Альфред удовлетворенно посмотрел на мучения существа. Ритуал состоял из трёх частей, так что перед финальным аккордом можно ещё немного поболтать.

- Не знаю, насколько это, - он показал на своё ухо, намекая на чёрную жидкость, которая вытекала из ушной раковины охотника, - мешает тебе слышать меня, но раз уж ты хочешь поговорить ещё, не буду лишать тебя такого удовольствия, - с явной издёвкой произнес друид, - Ты так трогательно отрицаешь, что твои мысли не крутятся вокруг меня. Тогда почему каждая твоя угроза сводится к моим разведенным ногам? - мужчина покачал головой, - Посмотри правде в лицо, нагибаться бы стал явно не я. В прочем, ты меня и не интересуешь, я думал, мы это давно выяснили, - единственную, кого ты интересовал, ты оставил на той фабрике. Бренда тебя не простит. Он решил сказать об этом опять же потом, когда Крамер будет в состоянии осознавать всё. Тогда эти слова разорвут его изнутри, как разрывает сейчас каждое его слово, каждое упоминание его близких Оаклифа.

Сквозь слова сирены Альфи всё отчетливее слышал Престона Крамера. Может отношения Альфреда с собственным дедом, как и со всей семьей в целом (исключая мать и старшего брата), не были очень доверительными. Дедушка Фред никогда не читал ему книжки перед камином и всё такое. Но он как будто видел в младшем внуке что-то особенное, кроме просто поразительного внешнего сходства с самим собой в молодости. Поэтому он имел привычку иногда поговорить с Альфи (остальной семье доставались в основном злобные взгляды). Именно от Фреда юный друид и узнал об этих охотниках, которые сгребли всех существ в одну кучу. Убедили сами себя, что каждое из них опасно от природы и не имеет права на жизнь. ИХ племя. А ВАШЕ племя?

- И не смей их так назвать, - очень холодно отчеканил мужчина, вспоминая слова Ньюта о двух самых близких ему кицунэ, - Не смей вообще о них говорить, - Оаклиф нахмурился, - Слышал. Дом Айкена, - он прикусил губу и слегка склонил голову, - А что если, я завершу ритуал слегка не так, м? Голос сирены останется в тебе, но тело будет слишком слабо, чтобы двигаться по его указке. И ты просто сойдешь с ума, пока черная кровь будет периодический капать из ушей, - Альфи улыбнулся, - Куда денет Престон такого ненужного внука? Будет пытаться тебя выходить? Очень сомневаюсь. Скорее отдаст куда-то, где о тебе позаботятся профессионалы. Думаю, санитарам придётся по вкусу твоя детская мордашка и хрупкое телосложение, - англичанин потёр подбородок, - А мисс Салазар скажу, что я пытался тебе помочь, но ты сам всё испортил, - половину последствий ритуала Оаклиф выдумал на ходу, хотя вся эта друидская дребедень такая непредсказуемая. А если он бы правда в гневе воззвал к Неметону, могло бы такое случиться? Сакральное пространство обычно благосклонно к своим жрецам и хранителем священных рощ.

+5

14

[indent=1,0] Когда-то Ньют думал, что по окончанию школы отправится в колледж, изучать психологию. Из-за некой моральной чёрствости ему было сложно понимать, что испытывает человек напротив, поэтому англичанин, как губка, впитывал знания о микровыражениях лица, невербальных символах, значении определённых фраз. Конечно, неправильно строить догадки о том, избивали ли тебя родители, на основании какой-то черты характера. Но ложность подобного пути понимал настоящий Ньютон, а не тёмное альтер-эго, которое извращало, перемешивало, подтасовывало факты в свою угоду.
[indent=1,0]Ушибы в коленных чашечках прошли мимо осознания – всё естество пылало от разрыва укоренившихся новых связок, навеянных голосом сирены. Латынь чёткими бусинами нанизывалась на ощетинившееся чудовище, выкручивая ему суставы до влажного хруста, дробя кости. Слова, которые произносил Альфи, падали в тёмную нефть с шипением, как раскалённое олово в воду. Под кожей что-то металось, исступлённо билось, рвало барабанные перепонки, но всё же медленно выходило наружу. Ньют предпринял несколько безуспешных попыток подняться на ноги, но режущее серпом заклинание блокировало посылаемые мозгом сигналы. Было уже даже не до уязвлённой гордости своим позорным положением; голова раскалывалась так сильно, что, казалось, вместе с тёмной кровью из ушей потечёт порубленный в кашу мозг.
[indent=1,0]- Альфи, да прекрати, - на износе выдохнул Ньют, поднимая лицо вверх. – Это как же сильно тебя не любили в детстве, что в самой невинной фразе ты ищешь намёки на сексуальное домогательство? Или, может, всё внимание уделялось другому ребёнку, тогда как так отчаянно хотелось, чтобы тебя любили просто так? – снисходительно сказал охотник. – Вот и ищешь, бедняга, крохи внимания, какой-то подтекст, чтобы радостно махать им перед всеми. Смотрите-смотрите, я кому-то нужен, какой я молодец, ну скажите же это мне, - с максимальным презрением сказал Крамер. – Очень странно, что ты в свои… сколько тебе там… тридцать пять обладаешь такой низкой самооценкой. Бедный Эрик, как он вообще умудрялся нянчиться с тобой, - невнимательно отозвался парень. На самом деле, Крамер не планировал вспоминать брата Оаклифа, последнее предложение вырвалось само собой, но глупо думать, что Альфи пропустит его мимо ушей.
[indent=1,0]И если Ньют верил во что-то, то лишь в свою семью. Будучи «надеждой, опорой и молодым лидером» клана, как часто говорил дедушка, парень даже не сомневался, что Престон поставит на уши весь мир, чтобы вытащить внука из положения, озвученного друидом. Вера в семью была настолько крепка и нерушима, что её не смог извратить даже голос сирены, будто это было фундамент сущности Ньюта, опорные балки.
[indent=1,0]Странно другое.
[indent=1,0]Почему Престон его не нашёл в Орлеане?
[indent=1,0]Мысль была очень нетипичной для одержимого голосом сирены. Это всё чёртова латынь. Она подтачивала выстроенную плотину, и отзвуки старой личности просачивались сквозь оборону. Нет, это всё ложь. Ньют не имеет ни малейшего права сомневаться в своей семье.
[indent=1,0]Но плотина рушилась, и дальше у парня просто выбили почву из-под ног.
[indent=1,0]Альфи не догадывался, насколько точно его слова попали в мишень. Скорее даже, мишень была разнесена в щепки. Ньют не боялся особо смерти или физической боли, но возможность потери разума накрыла с головой плотным одеялом не страха – ужаса. Понемногу, очень слабо, охотник начинал понимать, что и так абсолютно утратил личность, вслед за здравым смыслом. Голос выпалил всё, иссушил до грани, не оставив даже пепла.
[indent=1,0]- Ну, так сделай это, - очень тихо, но отчётливо произнёс Ньют. – Давай. Будь мужиком, Оаклиф. Не всё же прятаться под каблуком. Там на столе остался нож. Можешь даже отрезать мне голову и подарить её Юки на следующем свидании, - парень говорил вкрадчиво и спокойно. Монстр не собирался уходить просто так, когда была возможность подкинуть друиду такую замечательную идею по уничтожению охотника. – Или, стой, дай угадаю. Скажешь, «я не такая»? Или «не все решают проблемы убийством, Крамер»? – насмешливо спросил Ньют. – Как банально. Помнишь, я когда-то говорил, что вижу в тебе благородство? Забудь. Больше похоже на элементарную трусость, Альфи.
[indent=1,0]Голос охотника уже не звучал так гневно, вся энергия уходила на борьбу с терзающей латынью. Прибоем нахлынула дикая усталость и безразличие, даже мигрень плавно отходила на задний план, погружая разум в подобие гипноза.
[indent=1,0]- Давай, отрежь ниточки у марионетки. Тебя ведь это избавит от стольких забот.

+5

15

- А я и не отрицаю, что меня не сильно любили в детстве, - спокойно отозвался друид,- к счастью, теперь у меня есть те, кто любит меня просто так, - он с наигранной жалостью посмотрел на Крамера, - И мне даже не надо никому ничего доказывать, -явный намёк опять же на Престона, который, судя по всему, даже не попытался найти дефективного внука, пока тот прибывал в своём "отпуске", - Мне тридцать один, Ньюти, а мы в слишком напряженной обстановке для шуточек про возраст, не находишь?

Фразу Ньютона про своего брата он проигнорировал. Не стоит кормить сирену ещё сильнее. Вообще, очень желательно, чтобы никто не знал, насколько Эрик нянчился с братцем-идиотом. Альфи всегда старательно делал вид, что собственная семья ему безразлична. Пару раз даже позволял себя выставить Эрика не в лучшем свете. Почему? Да потому что так легче оправдывать себя. В глубине души он знал, что поговори он с братом обо всём до того, как эффектно свинтить из дома... Его жизнь была бы куда приятнее и легче. А он сам не так сильно купался в чувстве вины и комплексах. Эрик бы одобрил его чувства к Ю и помог бы всем, чем мог. Альфред же был слишком поглощен собой любимым, чтобы об этом подумать тогда.

- А ты бы так и сделал, да? - мужчина нахмурился, - Правда Бренда бы моей отрубленной головы не оценила, - он задумался, - Хотя о чем это я. Вряд ли ты сейчас в состоянии испытывать какие-то чувства, кроме ненависти. Ты и имени её не помнишь, наверное? -гнев разгорался с новой силой от воспоминаний о Салазар.

Этот голос в том единственном сбивчивом аудиосообщении - большего и не надо было, чтобы понять, насколько охотник ранил девушку. Оаклиф искренне верил, что они вдвоем, юные Салазар и Крамер, могут убежать куда-то, где не будет охоты. Причем тащить на себе их союз будет Бренди, способная не только вынести Ньютона на своих хрупких плечах из горящего дома, но и, если что, вправить юноше мозги метким ударом в детское личико. Очень наивно для мужика за тридцать, который пытается прожечь мироздание сарказмом. Никто никогда и не заподозрит, что такие мысли вообще в его духе. Уж больно сильную крепость вокруг себя успел построить этот англичанин.   

- Я отрежу, не волнуйся,
- мужчина показательно достал третий листок бумаги, - Отрежу, но не так, как тебе бы хотелось. Ох, мой клан бы сейчас рыдал от гордости. А потом они бы всё равно сказали, что разочарованы во мне. А твой? Ты, кстати, уже придумал, как эффектно вернешься в штаб и упадешь перед всеми на колени под взглядами, которые тебя презирают? А вы разве не должны того. Сами. По кодексу. Сирена считается за обращение? О каком кодексе я говорю. Благородство - это же трусость, забыл, - он пробежался глазами по буквам, - Давай сворачивать этот цирк.

Друид зачитывал последнюю часть ритуала, стараясь не отвлекаться на Ньютона. Совсем скоро они смогут поговорить на чистоту, без третьего лишнего, засевшего в голове охотника.Поговорить хотелось так, что аж руки чесались. На секунду Альфи показалось, что невидимый барьер звякнул, как хрустальный бокал, по которому ударили ложкой. Звякнул и раскрошился, давая непонятно откуда взявшемуся дуновению ветра, от которого несло болотным смрадом, пронестись мимо британцев по кругу, устремляясь в потолок. Альфред бросил бумагу на пол и завороженно посмотрел наверх. Кажется, только что он сделал что-то стоящее. Мужчина подошёл к подростку и присел рядом с ним на корточки. Друид выглядел более чем миролюбиво, как будто с ним такое происходит каждый день. Он помог юноше избавиться от верёвок, встал и протянул Ньютону руку. Дружелюбная улыбка застыла на лице Оаклифа, а вот холодок в глазах не предвещал ничего хорошего.

Отредактировано Alfred Oakleaf (10.11.2018 14:30:06)

+5

16

[indent=1,0] Тело сотрясалось будто в горячечной лихорадке. Ньют уже не понимал, что и где болит сильнее. Его словно разрывало на части, крошило зазубренным клинком саму сущность, выдирая чёрную и липкую нефть. Внутренний трёхглавый монстр метался, вопил, бился о стенки возведённой им же самим обороны. Глаза невыносимо жгло, словно в них лопались от напряжения капилляры, а дрожь колотила всё сильнее, раздваивая и потроша сознание заживо. И всё же чудовище чувствовало, что оно на последнем издыхании. Собрав воедино остатки густой злости, Крамер вложил в последние слова всю ярость и гнев.
[indent=1,0]- Ты придаёшь слишком большое значение так называемой любви, - будто выплюнул парень, - странно, не замечал раньше за тобой такой сентиментальности.
[indent=1,0]И всё же имя – да, забытое, стёртое чужим голосом в голове – ударило молотом по плечам. «Бренда», - донеслось откуда-то из самых глубин. Тревожные, горящие воспоминания о девушке хлынули на охотника потоком вины и радости одновременно. «Какой ты придурок, Крамер», - со вздохом произнёс внутренний голос настоящего Ньюта, с легко узнаваемым твёрдым акцентом. Парень закрыл глаза, опуская голову, и попытался цепко ухватиться за эту мысль, как за спасительный канат.
[indent=1,0]Латынь всё ввинчивалась в уши, вытесняя чёрно-багровую муть из головы. Ещё не победа, но Ньют физически ощущал, как с мышц спадает напряжение, и властный чужой голос постепенно превращается в тихий шёпот. Сирена ещё хотела ответить Альфи едким комментарием, но молодой англичанин сжал зубы, комкая в глотке слова.
[indent=1,0]- Дочитывай, - выдохнул парень, и это были первые слова, сказанные настоящим Крамером, а не чудовищем, поселившимся в голове. – Быстрее!
[indent=1,0]Но друид не нуждался в дополнительной мотивации. Из последних сил сирена послала отчаянный импульс в мозг, заставив колено дёрнуться и частично стереть ближайший символ. Потом – финальные слова, и легкие исторгают из себя затхлый воздух, смерчем закручивающийся вокруг ритуального круга. Черепную коробку сжало тисками, но Ньют чудовищным усилием воли отмёл спасительный обморок от болевого шока. Он ещё не до конца понимал, что происходит, но перенести в здравом уме эту боль – казалось таким правильным. Чудовище сжалось до размера пиявки и было безжалостно растоптано бьющими наповал словами. Но какая-то крохотная часть, слабее эха, ухватилась за брешь в повреждённой ритуальной защите. Оглушённый шоком, Крамер и не понял, что отзвук голоса сирены истончился до размеров волоса и тихо спрятался в хитросплетениях воспоминаний, сейчас лавиной погребающих под собой приходящего в себя парня.
[indent=1,0]Последние нити, соединяющие голос сирены с разумом охотника, лопнули с негодующей вибрацией струны, и Ньют повалился оземь, прямо на нарисованные символы, еле дыша от изматывающей слабости. Тишина. Такое непривычное чувство. Тело постепенно возвращало себе контроль, прогоняя горячую дрожь. Крамер лежал на холодном полу, почти с наслаждением вдыхая терпко-приятный запах полыни. Близость круга из пепла рябины больше не беспокоила, и Ньют открыл глаза, чувствуя, как Альфи начал избавлять его от верёвок.
[indent=1,0]А осознание приходило очень медленно, будто парень проспал эти три недели, и сейчас пытается собрать в целое разрозненные куски мыслей и воспоминаний. Очень кружилась голова, двоя перед глазами строгие глаза Оаклифа, но охотник, опираясь слабыми ладонями о пол, попытался встать.
[indent=1,0]Колени, руки – всё было в меле. Чёрный круг загадочно сверкающего порошка где-ни-где был разорван, наверное, так сработал выход голоса сирены, либо же часть ритуала предусматривала такое. И всё равно, не до конца понимая, где он находится, что происходит, и какая это реальность, Ньют увидел протянутую руку и потянулся к ней.
[indent=1,0]- Альфи, я… - хрипло начал парень, но с ног его сбил чёткий удар в скулу. Из глаз посыпались звёзды, и Крамер вновь рухнул на пол.

+5

17

Альфред поставил охотника на ноги и почти по-отеческий отряхнул его плечи. При этом друид искренне пытался успокоиться. "Это эффект сирены," - хотел он начать повторять мантру, но вместо этого отвесил Ньютону удар в скулу, пропустив невнятные хрипы парня мимо ушей. Наверняка, Крамер не оценил. Он же охотник, им подавай поставленные отработанные удары, а не опыт из подворотен Эдинбурга. Оаклиф не любил драться. Не любить - не значит не уметь этого делать совсем. Постоять за себя против обычного человека он мог, как и постоять за свою возлюбленную. А Ньют был человеком, чьи навыки рукопашного боя, поставленные на тренировках, сейчас были притуплены. Альфред об этом даже не подумал. Тяжело думать через пелену гнева.

Ньютон снова рухнул на пол. Оаклиф поднял его за шиворот, ставя на ноги. Парень был довольно легким - это и ожидаемо, учитывая субтильную комплекцию школьника. Альфред методично повторил схему - удар, чтобы юноша упал, обратный подъём. Он поставил Крамера перед собой, сильно сжал одной рукой его подбородок, крепко придерживая другой за плечо. Он держал лицо Ньютона так, чтобы тот смотрел прямо на него.

- Во что ты превратился, Ньютон, - раздраженно прошипел мужчина, рывков поворачивая голову парня вбок, словно пытаясь рассмотреть его со всех сторон, - Во что ты превратил жизнь стольких вокруг себя, - он резко отпустил юношу, отталкивая от себя.

Друид отошёл от парня в очередной попытке прийти в нормальное состояние. Он посмотрел на свои трясущиеся руки, сжал и разжал кулаки. Его взгляд вновь устремился на охотника. Оаклиф подошёл и с силой толкнул Ньютона в грудь, чтобы тот оказался поближе к стене со стеллажом. Он подхватил Крамера за грудки и впечатал спиной в полки, с которых тут же посыпались предметы, так тщательно расставляемые им чуть раньше. Затылок юноши удачно оказался на уровне одной из полок, больно ударяясь о неё. Альфи продолжал держаться рукой за одежду Ньюта, накручивая ткань на кулак, другая рука легла на горло, сжимая пальцами тонкую шею, как будто он и правда пытался задушить охотника.

-Я, - начал говорить Альфред, - избивал кого-то в последний раз лет шесть назад, - он подвинул ладонь чуть выше по шее юноши и сжал сильнее, - Угадай, почему? Угадаешь? - он схватил челюсть охотника, больно впиваясь в щеки пальцами, и отрицательно помотал за Ньюта его же головой, - Я так и думал, - он резко отпустил детское личико, вызывавшее теперь вместо  желания пошутить только отвращение, - Из-за неё, Ньют. Приревновал. С каждым бывает, да? - друид ещё раз ударил парня по лицу, - Мне кажется, что я вообще способен кому-то причинить физическую боль только из-за Ю, потому что я пиздец какой сентиментальный, -он не давал Крамеру упасть или отвернутся, крепко фиксируя плечи и вдавливая того в стеллаж всё сильнее.

Англичанин пытался отдышаться. В голове всё время всплывал один и тот же образ. Крохотный, еле заметный шрам на ключице кицунэ, который он заметил, когда любимая снова оказалась рядом с ним чуть больше месяца назад. Друид целует это отметину и спрашивает, откуда она. Юки отшучивается. Да и зачем он спрашивал, когда всё и так понятно. Интересно, это сделал лично Престон? Или Ньют уже был при деле? Вот к Эстер и Бет Ньюти не поленился прийти лично. Альфреда накрывало с головой. Всё то, что нужно было сдерживать, чтобы провести ритуал, летело к чертям.

- Ты помнишь, что ты сделал? - он тряхнул Крамера так, что вызвал очередное массовое падение эзотерической фигни на пол, - Всё помнишь? А что говорил? - друид чуть потянул охотника на себя, чтобы ещё раз сильно толкнуть, - Букву N на шее той девушки помнишь? - внутри между яростью проклюнулся лучик былого отношения к юному Крамеру, - Почему. Почему вы сразу мне не сказали, что охотились на сирену? Я так тебе отвратителен, что мне нельзя доверить такое? Или дедуля будет ругать за то, что ты спутался с Оаклифом?, - мужчина ударил охотника под дых и наконец-то отступил, давая мальчишке пространство для того, чтобы согнуться.

Отредактировано Alfred Oakleaf (11.11.2018 22:29:35)

+5

18

[indent=1,0] При первом ударе парень даже не понял, что происходит. Вот Альфи вежливо улыбается, и вот в щеку врезается кулак с острыми костяшками. Из груди вырывается немного удивлённый выдох, в общем, чисто из-за непонимания происходящего. И гулкая пустота, оставленная раздавленным чудовищем, начинает наполняться наивной обидой. Ньют ещё не до конца понимал, на каком он свете, не говоря уже о том, что забыл в подсобке друида.
[indent=1,0]Оаклиф решительно поднял дезориентированного охотника на ноги, встряхивая за плечи, как безвольную куклу. Ворот куртки больно впился в шею, и Крамер уже открыл рот, чтобы поинтересоваться, да какого хрена тут происходит, когда друид снова ударил, словно вставляя поехавшие мозги на место. Но именно с этим, вторым ударом, на Ньюта хлынул мощный удар воспоминаний о последних трёх неделях.
[indent=1,0]Альфи зол, чертовски зол. Не было никакого постепенного возвращения в свою память – парень вдруг с кристальной чёткостью вспомнил ВСЁ. От момента ухода из штаба до последних слов о сентиментальности, сказанных сиреной. Неудивительно, что друид пылал праведным гневом. На его месте Ньют бы действительно без разговоров пристрелил любого, кто посмел так отозваться о Бренде. «Сочные эпитеты, ничего не скажешь. Молодец, Ньютон», - обречённо вздохнул внутренний голос с нотками акцента Салазар.
[indent=1,0]И, да. Было сложно встретиться с прямым взглядом Альфи, пылающем разочарованием и презрением. Хоть пальцы друида цепко держали за подбородок, Крамер выдержал упор глаз-хамелеонов ровно две секунды, прикрывая веки. Он просто не мог на него смотреть. И риторический вопрос – в кого он превратился? Стоит ли отвечать, усугубляя ситуацию? Да, за такое короткое время охотник успел навредить абсолютно всем, кто хоть как-то попадал в его поле зрения. Но, можно подумать, он хотел этого!
[indent=1,0]Друид решительно оттолкнул охотника, словно сбрасывая с рук налипшую грязь. В общем, всё заслужено… Крамер и сам всё больше погружался в ужас, осознавая, ЧТО ИМЕННО натворил. Оскорбления и угрозы человеку, которого он когда-то считал другом, это далеко не самое страшное.
[indent=1,0]И Ньют решил не отбиваться.
[indent=1,0]Да, любой из охотников двумя пропущенными ударами точно бы отправил сухощавого англичанина в нокаут. Но пусть Оаклиф и бил не технично, но он вкладывал в удары всю накопленную злость от оскорбления близких людей. Отсутствие регулярной практики с лихвой компенсировалось энтузиазмом. Ньют даже не предпринял попытки выкрутить ему руки, когда друид, схватив за лацканы куртки, с силой впечатал Крамера в стеллаж. Затылок с тупым звуком врезался в полку, заставляя перед глазами разбегаться разноцветным кругам, и парень выдохнул сквозь зубы, закрывая глаза от неожиданной боли.
[indent=1,0]- Послушай… - пытался тихо воззвать к Оаклифу охотник, но в шею крепко вцепилась ладонь, перекрывая доступ к кислороду. Ньют пытался вдохнуть, хватая ртом воздух, как выброшенная на берег рыба; рука даже дёрнулась к плечу Альфи, чтобы оттолкнуть, но блондин медленно опустил её. Хватит. Довольно насилия. Не руками Крамера.
[indent=1,0]Слова о Юки Онэ уже не вызывали такого всплеска негативных эмоций, как было под влиянием голоса сирены. Шесть лет. Ну надо же. Не отвлекайся бы Ньют на скупые и злые удары по своему лицу, может, он и оценил бы длительность отношений. Но связные мысли вновь выбил из головы удар в челюсть, заставляя безвольно мотнуть головой. Оаклиф крепко держал его за плечи, больно вдавливая в грубые полочки шкафа, и боги видят, насколько Ньюту было сложно держать прямой взгляд друида. У обеих сбилось дыхание, только Альфи был готов рвать и метать, а молодой охотник оцепенел, не в силах сдвинуться с места и отреагировать хоть как-то.
[indent=1,0]- Ты помнишь, что ты сделал? – слова яростные, кусачие. «А ты даже всего не знаешь», - проскользнула отрешённая мысль. Да Ньют отдал бы всё на свете, лишь бы стереть из реальности охоту на сирену и последующие события. Да… Бренда, Бэттани, Эстер, Айзек, Эмили, Стайлз… Вот и далеко неполный список имён тех, кто весьма и весьма пострадал от одержимых чужим голосом рук.
[indent=1,0]- Помню, - на грани неслышимости сказал охотник, и дыхание выбивает очередной удар, заставляя согнуться и упасть на одно колено. И всё же фраза о Престоне зацепила что-то внутри. Именно те семейные ценности, которые вбивались с младых ногтей, принципы и вера в родную кровь – друид не имел права заходить на эту территорию. Он же всё-таки не одержимый, как был охотник пару минут назад. Ньют сплюнул на пол кровь, неуверенно поднимаясь на дрожащие ноги. Альфи не станет его слушать, ни за что. Ему нужно было лишь очистить свою совесть перед Брендой, изгнав сирену из черепа блондина, а сейчас происходит компенсация уязвлённой гордости. Пусть избивает, это ничего не поменяет. Нет даже смысла пытаться оправдаться или что-то объяснить. В каждом человеке сидит и ждёт своего часа всепоглощающая бездна. Вот сирена так и сделала с Крамером – вырвала наружу тщательно подавляемую темноту, искажая желание помочь людям в открытую агрессию против сверхъестественного.
[indent=1,0]- Мальчик без личности, - негромко напомнил Ньют недавние слова друида, - не имеет права на собственное мнение.
[indent=1,0]И зачем Альфи знать, что они понятия не имели, на кого охотятся? Что влияние голоса начало проявляться лишь на третьи сутки после стычки? Каких усилий стоило отвести пистолет, прижатый к сердцу Бэттани, в ногу? А не убить Эстер? Айзека? Это всё неважно. Пусть Оаклиф выместит свою злость, и Ньют просто уйдёт. Ему надо ещё попросить прощения у Бренды, а потом можно уехать далеко-далеко, закрыв железным занавесом прошлое.
[indent=1,0]- А ты помнишь, что я обещал не тревожить тебя без нужды? - вытирая разбитые губы, спросил Крамер. – Не хотел же влезать в разборки, я тебя и не втягивал.

+4

19

-Ньютон! - Альфред повысил голос, - Сказать мне, что вы зачем-то напали на сирену, и ты чувствуешь тягу к убийствам из-за голоса в голове - это не влезать в разборки, мать твою, - Альфи театрально всплеснул руками и снова подошёл к вставшему на ноги парню, - Влезать в разборки - это выгонять из тебя сирену, после того как ты чуть не лишил меня семьи, - последнее слово само слетело с языка, оставшись незамеченным для Оаклифа. Его настоящая семья была в Англии, куда Крамер очень вряд ли заглянул. Друид даже не был уверен, считается ли он частью того клана до сих пор. Те, на кого покусилась сирена в Бейкон Хиллс, - вот кто был важен для него больше всех в данный конкретный момент.

Мужчина нервно потёр переносицу и закрыл глаза, опустив голову, осознавая всю бредовость обстановки. Он, так упорно отодвигавший большинство своих умений и знаний, стоит посреди подсобки, где всё ещё пахнет чем-то сырым и горелой полынью. Он только что провёл ритуал на внуке Престона Крамера, с которым вроде как успел подружиться. Подружиться? Они не в детском саду, чтобы считать другом каждого, с кем успел поговорить. Альфи - тридцать один, а этому мальчишке не дашь больше шестнадцати. Как это всё вообще называть?И, кажется, он только что побил подростка. Подростка, который собирался пустить пулю в лоб любимой девушке друида. Вот это плотненький комок абсурда получился. Стоит ли добавить, что Ньюти чуть не убил Эстер, которая не знала об опасности, потому что Оаклиф ей ничего не говорил про охотников. Дома его тоже в тот день не было. Он выручал нагваля, отравленную аконитом, который он же и продал Ньютону.

Голову просто разрывало от потока информации, самобичевания и гнева. Ярче всего сияла одна мысль - а что если Юки и правда была бы наверху? Крамер бы переступил через труп друида и побежал по лестнице, где встретил бы свою смерть от замороженного сердца? Ю бы услышала всё раньше, и трагедия развернулась в другом ключе? Или кицунэ могла отвлечься и не услышать, а пуля успеть долететь до неё раньше, чем холод сковать охотника?

- Знаешь, - мужчина снова поднял взгляд на Ньюта, - Ты знаешь, как действует голос сирены? - друид говорил так, как будто читает лекцию новому поколению адептов этого грёбаного священного дерева, пня или чего-то там ещё, - Сначала он тихонечко шепчет тебе вещи, о которых ты никогда бы не подумал, чтобы замутнить ум. Но потом. Потом он начинает черпать идеи из твоей головы, поэтому некоторые получают пугающее удовольствие от происходящего. Тебе же нравился новый ты? - Альфи смотрел в глаза Ньюту, - Нравился, - констатировал он, оглядывая охотника с ног до головы, - Потому что тебе и правда хотелось бы быть таким?

Мужчина решил отойти в другой угол комнаты, чтобы хоть как-то прийти в себя, не прибегая к агрессии. К физической, по крайней мере. Он мерил шагами помещение, задумчиво поглядывая на Ньютона. Сколько бы он продержался без голоса сирены, прежде чем решить убить двух опасных кицунэ? Альфи думал, что долго. Но теперь верилось с трудом.

- Печальная шлюха, - он начал загибать пальцы, - ледяная демонша, блядь, которая сойдёт с ума, и друг, который, по твоим словам, сдал Ю Престону, - англичанин остановился, - Ты ведь правда так думаешь. Хорошо, что мы это выяснили, - он тяжело вздохнул, - Может ещё что-нибудь? Или мне рассказать, как я ухитряюсь пятнадцать лет быть влюбленным в демона, а теперь еще и жить под одной крышей со злобной лисой Руж, готовой сорваться с поводка в любой момент?

Отредактировано Alfred Oakleaf (16.11.2018 19:57:01)

+5

20

[indent=1,0] Альфи имел полное право говорить так. И не будь охотник так дезориентирован и поломан, скорее всего, он бы это понял. Но не сейчас. Друид говорил по сути, но Крамер слышал совершенно другое.
[indent=1,0]А ведь он же знал. Знал, что Оаклиф ушёл от прошлого и не желает возвращения в мир сверхъестественного. О каких дружеских отношениях вообще можно говорить с такой разницей в возрасте и с такой разницей в мировоззрении? Пусть они и не пытались тащить друг друга в собственных монастырь, но общение двух выходцев Соединённого Королевства изначально было построено на гнилых досках. А Крамер… такой же сентиментальный придурок. Решил почему-то, что Альфи один из немногих, способных рассуждать рационально. Тот, кто общался с ним на равных, без лести или покровительственного тона. Способный без надменности сбить спесь з заигравшегося охотника. Эдакая точка контроля.
[indent=1,0]Но зачем это Оаклифу? Для защиты Эстер достаточно лишь снабжать отравой охотников. А просто Ньют сам додумал это душевное родство. Мальчик без личности. Додумал и просто не оставил друиду выбора. Пусть так. Зато теперь это стало кристально ясно.
[indent=1,0]Продолжая растаптывать остатки надписей на полу, Ньют устало прислонился к стеллажу, о полку которого так неудачно приземлился только что затылок.
[indent=1,0]- Зачем-то напали? – довольно спокойно переспросил парень. – Думаешь, не было причины? Ну да, тебя же это не волнует, постоянно забываю. Как удобно, Альфред, выдёргивать из контекста удобные фразы? – отстранённо сказал охотник. В противовес Оаклифу, Крамер никогда не кричал, если был по-настоящему зол. Наверное, знала лишь Бренда – чем в большем гневе находился Ньют, тем тише говорил, заталкивая эмоции себе же в глотку. – Мы… мы не поняли, что случилось, даже не заметили. Три дня всё было спокойно. А потом…
[indent=1,0]А потом на тренировке с Салазар англичанин поймал себя на мысли, что может выстрелить в неё. И от этого стало страшно. Но чудовище взяло вверх быстрее, чем охотник успел покинуть город. И пострадала Бэттани. Нет, если бы она была убита во время охоты, без всех тех страшных вещей, наверное, Ньют о ней и не вспомнил. Есть сверхъестественное, есть охотники. Они убивают друг друга. Всё просто. Но события на складе выходили за рамки здравого смысла и собственного Кодекса Ньюта. Вот поэтому было так тошно.
[indent=1,0]- …не важно. Я даже не знал, что ты способен избавить от голоса. Кстати, с размахиваниями кулаками закончено? Мне надо ещё, как ты говорил, упасть на колени перед презирающими взглядами. А потом можно и того. По Кодексу. Самому, - вновь процитировал слова друида парень.
[indent=1,0]Вот у Оаклифа была черта, приносящая ему проблемы – это язвительность. У Крамера тоже была такая черта – гордость. И стоило бы хоть попытаться объясниться, да пусть ещё бы побил, подумаешь. Но нет. Ньют немедленно открещивался от попыток пойти на диалог. Тем более, когда Альфи начал говорить наставительным тоном о воздействии голоса на разум.
[indent=1,0]- Да. Я знаю, как действует голос. Лучше всех находящихся в этой комнате, - негромко процедил охотник, отталкиваясь от стеллажа. – Вот именно. Вещи, о которых ты и подумать не мог. Считаешь, я когда-то получал удовольствие от чьей-то смерти? Знаешь, когда мне пришлось впервые убить? В четырнадцать, - фразы рубленные, четкие, и такие холодные. – При Юки. Потому что её знакомый вырезал целую семью. Ты думаешь, кто-то способен получить от этого удовольствие? Или, думаешь, я всегда вырезаю свои инициалы на телах жертв? Или думаешь, я мог когда-то ударить Бренду? Или… - и тут Крамер споткнулся о взгляд Оаклифа. Да. Альфи верил. Он так и думал. Что охотник способен на такое, не задумываясь, даже без влияния голоса. Тяжёлый удар.
[indent=1,0]Нравилось ли Ньюту таким быть? Сложный вопрос. Сейчас он испытывает лишь ужас, приправленный виной и стыдом. И, наверное, стоило бы сказать Оаклифу, что почти всё, прозвучавшее его устами, перевёрнутая правда альтер-эго. Но гордость.
[indent=1,0]- Знаешь ли, британские манеры порой теряются, особенно, когда три недели без перерыва сводит с ума дикая боль. Зацепили мои выражения? Ну прости. Обычные охотники, отсасывающие на досуге своим коллегам, порой бывают несдержанными. А так уж ли я не прав? – скрестил руки на груди Ньют. – Это ты продал мне аконит. Не спрашивая, против кого он будет использован. Можно подумать, считал, что я чай из него заваривать буду. Или хочешь сказать, в летописях Оаклифов нет информации о кицунэ, которых со временем захватывал тёмный дух? А Саймон… есть причины скрывать информацию о жизни в Эдинбурге перед засланной Престоном симпатичной якобы друидкой? – Крамер продолжал говорить так же негромко и безучастно. – Да. Наверное, ЭТО было в моей голове. Я хоть не пытался быть перед всем хорошим и изначально особо ничего не скрывал.

+6

21

- Ну так почему ты после этих трёх дней не сказал Салазар? - Альфи был уверен, что вот Бренде-то хватило бы мозгов сообщить друиду, она упёртая, но не до такой крайней степени, как слишком гордый Ньютон, - Ладно я. Я тебе никто, но она. Ты и ей не доверяешь?- Альфи тяжело вздохнул.

В четырнадцать. И явно не по своей воле. Альфред не знал подробностей того случая, про который говорит Крамер. Но что-то подсказывало, что всё было не совсем так. То ли это была святая вера друида в возлюбленную, то ли полная уверенность в том, что Престон крутил внуком, как хочет. Страшно представить, что он мог рассказывать мальчику и как представлять события. Вот и в словах сирены сквозили фразы о том, что друиды слабые и бесполезные. Интересно, от кого бы Ньютон мог такое услышать? Но пускаться в разговоры об этом сейчас Оаклиф был не готов. К тому же, Ньют бы всё отрицал. Семья - больная тема охотника, это Альфи понял.

- А я не знаю, Ньютон, - искренне сказал мужчина, пожимая плечами, - Не знаю, на что ты способен или не способен. Про себя я знаю, что я безответственный мудак, который не думает о последствиях, - можно считать, что так Альфред принял свою вину за аконит полностью, - Мне это аукается с такой частотой, что пора бы уже делать выводы, - до друида чуть ли не впервые в жизни дошло, что он, чтоб его, взрослый.

Тёмный. Дух.
После этих слов Альфред начал сверлить охотника взглядом чуть интенсивнее. Именно так думали о кицунэ люди. Большинство людей. Это и приводило ко всем трагедиям. Сам Альфи так не считал. Ещё когда ему было всего шестнадцать, Юки объяснила ему, кто такие лисицы. Если бы все юные кицунэ были бы того же мнения, то очень многих проблем можно было бы избежать. Принять свой дар, а не считать себя одержимой. Жить с этой силой и контролировать её, словно собственное дыхание. Та же Эстер представлялась мужчине не демоницей, а кем-то, кто способен утешать других и залечивать самые страшные душевные раны. Но охотники так не считали. Когда тебя называют монстром и тычут в тебя оружием, то невольно станешь чудовищем, верно? Что уж там. Насчёт Оаклифов Крамер угадал. Эта информация о лисах плотно сидела в голове друида, что в тот злополучный вечер и вылилось в ссору с Ю.   

- Лисы - не злые духи, а посланницы Инари, - отчеканил Альфред, - Это дар, сила, а не одержимость, - он шагнул чуть ближе к Крамеру, - Просто не всем им повезло осознать это до того, как их способности привели  к их же смерти.

Мужчина смотрел на подростка, осознавая, что тот всё меньше напоминал чудовище внутри ритуального круга. Ньютон этого не показывал, но Оаклиф понимал, что юноша сломлен, а он сам только подлил масла в огонь своими словами. Альфред старше, что, конечно, не делало его автоматический правым или мудрым, но именно ему полагалось действовать умом, а не эмоциями. Эмоции он уже выпустил.

- Ньютон, - очень спокойным тоном начал Оаклиф, - Я в своей жизни делал очень много того, чем не горжусь. Быть хорошим перед всеми у меня уже не выйдет, как бы я не извивался, а я это умею, - он подошёл ещё на шаг ближе, - Но тебе всего восемнадцать, не надо портить всё сейчас, - Альфи не хотел этого говорить, но не выдержал, - Не слушай Престона,  ты же можешь думать своей головой. 

Отредактировано Alfred Oakleaf (24.11.2018 15:31:10)

+5

22

[indent=1,0] Хоть мигрень и была выгнана жгучей латынью, всё равно тело болело, зудела травмированная скула, а общее состояние охотника было похоже на предкоматозное. Было… пусто. Разбито, поломано, сожжено. Крамер опустил голову, закрывая глаза и потирая пульсирующие виски. «Я тебе никто», - эхом донеслось до парня. Не друг, не знакомый – никто. Не человек, которому охотник доверял. Никто. Горло сжала металлическая рука горечи, и блондин устало выдохнул.
[indent=1,0]- Всё случилось слишком быстро. Я не знаю, не понимаю, - всё ещё дезориентировано потряс головой парень. Бесспорно, предстоит ещё вытрясти из себя остатки голоса, попытаться исправить хоть что-то из произошедшего. Но сейчас на это сил просто не было. – Бренда… Да… Что я наделал? – горько и тихо спросил сам у себя Ньют, закрывая истощённое лицо руками. Под влиянием голоса понятие морали не просто отходило на задний план, это не существовало, как такового. Эти вещи не всплывали в мыслях, и сейчас Крамер получил шквалом отдачу за три прошлые недели.
[indent=1,0]- Ладно уж, - отстранился охотник от стеллажа, поднимая глаза, в которых загоралась мрачная и тяжёлая решимость. – Сегодня и так было сказано многое. Не пытайся подсластить пилюлю, Оаклиф. И тебе, и мне наверняка ясно всё и даже больше. Даже сейчас… Ты пытаешься доказать, как это правильно – принимать свои ошибки и идти дальше? Делать выводы? Да, пора бы, - сердито сказал парень. – Потому что никто, слышишь, никто меня не искал, - вопреки всему, голос постепенно повышался, потому что Ньют не злился, а ему было чертовски больно. - А стоило. Нет, конечно, не тебе, нахуй тебе нужны эти проблемы? Но нужно было меня пристрелить, как цепного пса, подхватившего бешенство. Выводы… Хорошо, выгнал ты сирену, честь, хвала и благодарность, а что?.. – и замолчал, комкая в глотке продолжение «…мне дальше делать?», споткнувшись опять о непроницаемые закрытые глаза. Ну да, ну да. Никакого душевного родства, не забывай, Крамер. – Какие тут могут быть выводы? – почти кричал охотник, беспомощно сжимая кулаки. – Надо было пристрелить меня! А не пытаться вернуть!
[indent=1,0]Внезапная искренность стала неожиданностью и для блондина. Находясь запертой в сознании, видимо, эта мысль зрела, прорастала, и вот взорвалась отчаянным импульсом. Хоть кто-то должен был это сделать. Но всем было плевать.
[indent=1,0]- Ах, да. Не вмешивать Альфи, прости, - собранно смотря на сердитого друида, горько сказал Ньют. – Очень сложно понять точку зрения человека, который любит себя самого так исступлённо… Ты говоришь, ты с Онэ шесть лет, а началось всё пятнадцать назад? О, боги. Мне всего на три года больше! А, может, проблема не в том, что ты мудак, а в том, что так же, как и я, не можешь довериться, ища знакомых в анонимных чатах? Боишься?
[indent=1,0]Схватив какую-то тряпицу с пола, охотник начал остервенело вытирать чёрную кровь с шеи, пытаясь не смотреть на Оаклифа. Тут опять-таки было не совсем ясно, говорил ли охотник о себе, или о друиде. Но это не важно. Альфи сделал шаг вперёд, и парень удивлённо покачал головой.
[indent=1,0]- Какой к чёрту дар? А оборотни, рвущие людей на части, тоже дар? Ты ослеп от гормонов, или как? – зло процедил Ньют, отшвыривая грязную тряпку прочь. – И после такого ты смеешь говорить, что мне тут мозг промывают?
[indent=1,0]Но друид будет непреклонен. Как и Ньют, он совершенно не сдвинется со своего мнения, поэтому всё вот ЭТО, глупое сотрясание воздуха. Да, охотник иногда шёл на сделки, запрещая охоту на какое-то существо, если с того была польза. Он был не настолько глуп, чтобы не видеть, что некоторые усиленно стараются не сорваться, сохраняя золотой цвет глаз. Но остальные, они действительно убивают. Просто друиду не приходилось этого видеть, вот от этого и такая чистая вера в выдержку сверхъестественного. Но последние слова о дедушке заставили кровь вновь вскипеть, застилая глаза пеленой злости.
[indent=1,0]- Да что ты знаешь о верности семье? Ты! – громко сказал парень, подходя к друиду вплотную. – Пошёл ты, Оаклиф! – выкрикнул в лицо охотник. – Не смей влезать туда, куда тебя не просят! Ты ни черта не знаешь о Престоне, - он даже толкнул Альфи в грудь в порыве гнева. – Не знаешь, сколько пережито. Тот, кто бросил свою семью, не имеет права осуждать другую.

+5

23

Ньют принял всю речь Альфреда очень извращенно, выворачивая каждое слово друида наизнанку. То, что, по мнению мужчины, должно было бы хоть как-то вывести подростка из болота, в котором он увяз, кажется топило его только сильнее. Язвить легко. Поддерживать - непосильная задача, особенно после всего того, что только что произошло и было сказано. Крамер озвучил страшную мысль, которая то и дело мелькала в голове Оаклифа, когда охотник зашёл в лавку. Он ведь и правда думал, что убийство -это не самый плохой выход. Но кого он пытается обмануть, его рука бы не поднялась.

Только он хотел вставить слово, как Крамер продолжил, снова задевая одно из самых больных мест Оаклифа. Они были вместе не шесть лет, а всего три года, просто Ньютон явно не вникал в подробности, что было не удивительно. А ведь они могли бы уже готовиться праздновать десятилетний юбилей отношений или даже... Быть семьей? Почему-то именно эта  мысль ударила в голову мужчины в такой странной для этого обстановке. Ему очень захотелось как-то доказать Ю, что он не тот трусливый мальчишка, которого она оставила за замороженной дверью, что он и правда готов быть с ней рядом, нести ответственность, не убегать никуда и не отпускать её. И он точно это сделает как можно скорее, но пока он тут, а напротив него стоит этот подросток, окунувшийся головой в самую тьму, из которой вряд ли сможет полностью выбраться. Вполне миролюбивый настрой друида сбила одна единственная фраза.

- Гормонов? - переспросил Альфи, чуть наклонив голову, будто не веря словам Ньютона. Он только что назвал его искренние убеждения и любовь - вспышкой гормонов, - Я уже не подросток, чтобы в моей жизни всё решали гормоны, - чуть более злобно добавил друид.

Крамер двинулся с места, подходя к мужчине вплотную, начиная кричать Оаклифу прямо в лицо. Слова о предательстве собственной семьи резанули слух, срывая последние остатки зародившегося раннее сострадания.

- Чудненько, - Альфи улыбнулся, чуть отстранившись после легкого толчка в грудь, а затем влепил Крамеру крепкую пощечину, не так больно, как удар в челюсть, но очень неприятно морально,- Где дверь, я полагаю, ты знаешь, - он развел руками, - Постой, она заперта, позволь, я тебе открою, радость моя, - он развернулся и вышел из подсобки.

Альфи очень буднично направился к выходу из магазина, не дожидаясь реакции охотника. Все чувства, будь то ненависть или желание помочь, умерли под хлёсткий звук удара ладони по щеке. Он распахнул дверь, учтиво показывая на улицу.

- Уебывай на все четыре стороны, - всё с такой же приветливой улыбкой сообщил друид подошедшему Крамеру, - Желаю тебе, деду и твоей семье, чувства к которой мне не понять, потому что я человек второго сорта, счастья и процветания, а нет, постой ещё немного, - он быстро пробежался до прилавка, взял пачку денег и засунул охотнику в задний карман джинсов, - Постоянным клиентам изгнание сирены бесплатно, можешь не целовать мои руки в благодарности. Я надеюсь, что ты понимаешь, что я  больше не буду рад тебя видеть ни с деньгами, ни без? Ну. Давай, я не могу тут стоять всю ночь у раскрытой двери, - он махнул рукой в сторону улицы.

Отредактировано Alfred Oakleaf (25.11.2018 22:16:51)

+4

24

[indent=1,0] Если в жизни Крамера что-то шло не так, то обычно это были масштабные проблемы. Тот случай, когда «сгорел сарай, гори и хата». Стоило, стоило заткнуть рот, кивнуть с покаянной головой и уйти сразу после ритуала, но не-е-ет, грёбанная гордость.
[indent=1,0]- Это ты-то не подросток? – наигранно удивлённо переспросил Ньют, скрещивая руки на груди. – Серьёзно?
[indent=1,0]С языка так и хотела сорваться дальнейшая гадость о легкомыслии Альфи, иногда ребяческих поступках… Но, блин, хватит уже, может? У Ньюта не так много жизненного опыта, как у того же Престона, чтобы воспитывать кого-то. И пусть друид задел самое ценное – семью, а за это и получил крик, охотник никак не ожидал звучного удара по щеке, заставившего голову резко качнуться, рассыпая волосы. Глаза вспыхнули злостью и удивлением, ладонь машинально легла на обожжённую пощёчиной кожу.
[indent=1,0]Тем не менее, громкий удар отрезвил, вылившись на голову ушатом холодной воды. Блондин сделал шаг назад, смотря на друида как-то неверяще. Если до этого ещё внутри тлела маленькая искорка настоящей личности Ньюта, то сейчас она, прощально мигнув, потухла с тихим вздохом. На голову как обрушилось здание, погребая заживо под обломками.
[indent=1,0]Да потому что глубоко-глубоко, в закрытой наглухо ото всех душе, – он надеялся, что именно Альфи… Альфред. Альфред его вытащит. Да, даст по морде, наорёт, но потом они напьются и выговорятся. Чёрт его знает, откуда эта слепая вера. В ней не было никакой подоплёки, ни малейшей. Просто так бывает иногда в жизни. Общаешься пару раз с человеком, и чувствуешь, будто вы чем-то похожи, связаны какой-то ебучей кармической нитью, алой вышивкой проходящей через всю жизнь. Это такой глупый юношеский максимализм, это так жалко и унизительно. И он бы вернулся к Бренде со вставленными на место мозгами, не раня охотницу ещё больше. И, возможно, она когда-то смогла бы простить его.
[indent=1,0]Но Ньют ошибся. Так редко открываясь людям, в который раз получил ценный урок, что доверять нельзя никому и никогда. Гори под пытками со своими проблемами и душевными терзаниями, но не подпускай близко к сердцу. Стой на плахе с опущенной головой, но не позволяй бросить даже взгляд в другую сторону. Парень сделал ещё шаг назад, потирая налившуюся кровью щеку на мертвенно-бледном лице. Никогда. Не открывай. Душу.
[indent=1,0]Друид без малейшего проблеска эмоций на лице направился к выходу, а Ньюту не оставалось ничего больше, как пойти следом. В ушах странно звенело, будто все мысли спрятались, затихли от ужаса происходящего.
[indent=1,0]И замедлив шаг у выхода из магазина, он понял.
[indent=1,0]Не сирена заставила уехать из города. Когда безумие захлестнуло его чёрным валом, все силы уходили на то, чтобы не выстрелить Бет в лоб. Не вонзить Эстер нож в сердце. Не перерезать Айзеку горло. И тогда оставался лишь голый скелет черт характера, без обязанностей, надуманных долгов, лишних размышлений. И эта голая истина твердила покинуть всех. Уехать. Оставить их в покое. Вскрыться в горячей ванной дешёвой гостиницы или наглотаться таблеток. Потому что жизнь Ньюта была сломана задолго до сирены, когда охота бросала подростка в ужасы, не снившиеся многим взрослым. И с каждым грёбанным разом что-то отламывалось изнутри, с каждой выпущенной пулей, с каждым взмахом ножа. Пока не превратило в холодную и рациональную машину для убийства, что рушит вокруг себя всё хорошее и прекрасное. Как бубонная чума, без жалости и эмоций, кося без разбора. Как раковые клетки, распространявшиеся по здоровым органам и вызывая метастазы.
[indent=1,0]Охотник подошёл к Оаклифу, равнодушно распахнувшему дверь. Не хотелось встречаться с ним глазами, поэтому парень пусто смотрел в проём, не среагировав на жест со стопкой купюр. Ему даже сказать не было что. Какая-то вселенская усталость рухнула на плечи, подкашивая колени молодого охотника. Усталость и равнодушие. Да пошло оно всё к черту. Довольно. И если осталось хоть что-то, что Крамер обязан сделать, так это попросить прощения у Бренды. А потом…
[indent=1,0]Так и не сказав ни слова, не посмотрев даже в сторону друида, парень вышел из магазина пошатывающимся шагом, подойдя к байку. Он не отметил, шарахнул ли Оаклиф дверью, что зазвенели стёкла, или, напротив, медленно закрыл её с широкой улыбкой, избавившись от надоевшей проблемы. Руки дрожали, доставая пачку сигарет, и первая никотиновая палочка переломалась, рассыпаясь коричневыми крупицами табака и высыпаясь сквозь пальцы. Ладно, и не стоит здесь задерживаться, всё верно.
[indent=1,0]Усевшись за руль, он выехал на дорогу, ни разу не оглянувшись.

+5

25

эпизод завершен

0


Вы здесь » Teen Wolf: SOMNIA » ON THE OTHER SIDE OF THE WORLD » [26.05.2014] Friendship Destruction Handbook


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC